Как стать олигархом с нуля простому человеку: Как стать олигархом простому человеку

Содержание

Как стать олигархом?

Современные медиа все чаще и чаще пичкают нас различной информацией о тех или иных олигархах, об их отдыхе и веселом времяпрепровождении. Складывается обманчивое впечатление, что олигархи – это люди, которым свыше предопределено кататься, как сыру в масле. Это далеко от правды. Многим из нас хотелось бы повысить свой уровень благосостояния, и всем без исключения хотелось бы жить лучше. А потому весьма актуален вопрос: как стать олигархом, как войти в первые ряды общественной и финансовой элиты?

Впрочем, стоит задуматься, сможете ли вы выдержать такое напряжение, ведь олигарха давит к земле груз не только финансов, но и известности. Не многим по силам быть в центре внимания. Если же вы твердо решили для себя, что желаете стать олигархом, что готовы ко всему ради денег и известности, то самое время послушать советы олигарха!

Кто такие олигархи?

На вопрос, как стать олигархом попытался ответить Александр Кардаков, которого многие называют отечественным Биллом Гейтсом. Вам, вероятно, помогут советы олигарха, так как Александр – человек, который известен своим умением создавать буквально с нуля и развивать свой собственный бизнес.

Вы кричите: «Хочу стать олигархом!» Для начала стоит определить, чего именно вы пытаетесь добиться: заработать денег и самореализоваться или войти в высший свет и удовлетворяться бесконечными вечеринками. Надо сказать, что первый вариант предпочтительнее, потому что выявит в вас сильную целеустремленную натуру, а не бесшабашного искателя приключений, который не сегодня-завтра изменит свои планы и будет довольствоваться малым. Итак, вы твердо решили, что хотите быть олигархом, готовы для этого трудиться, не покладая рук. Что ж, дело за малым – нужно только найти свой рецепт успеха, волшебную формулу, как в алхимии, которая поможет вам с чего-то начать. Проблема только в том, что иногда на это нужны годы, так как другие уже перепробовали кучу вариантов и не собираются покидать свою нишу.

Найдя оригинальную идею, определитесь с командой, поскольку только интернет-предприниматели могут зарабатывать в одиночку, вам же нужны надежные партнеры. Главное, чтобы каждый в вашей команде думал так же, как и вы: хочу стать олигархом. Общность вам очень поможет на первых порах. С командой проработайте свою идею, пусть каждый выскажет свое мнение, детально изучите чужой опыт, прежде чем начать рисковать собственным капиталом. Поверьте, вскоре вы почувствуете необыкновенный прилив сил и приток идей. Следующий шаг – действовать, действовать и ещё раз действовать!

 

Как стать олигархом?

Существует мнение, что самая распространенная человеческая способность — жить не по средствам. А тот, кто живет на одну зарплату, просто не имеет воображения. Так подключите свою фантазию – и устройтесь, наконец, на хорошую работу!

Существует мнение, что самая распространенная человеческая способность — жить не по средствам. А тот, кто живет на одну зарплату, просто не имеет воображения. Так уж сложилось в нашем обществе, что работа как бы сама по себе, а вот богатство, деньги — это из другой области, это у них, у олигархов, где протекает исключительно гламурная жизнь. Не про нас, одним словом… Но большинство состоятельных граждан начинали свою карьеру… с объявлений о вакансиях. То есть старт у них был практически тот же, что у вас. Более того, стать богатым никогда не поздно. Перефразируя классика, можно сказать: подобной метаморфозе все возрасты покорны.

Так как же добиться процветания? Не скажу, что сделать это легко, но вполне реально. Прежде всего революция должна произойти у вас в голове. Вы должны разрешить себе стать богатым. Совет не нов, однако вы же читаете эту статью, а значит, еще недостаточно убеждены в своих возможностях. У обеспеченных людей тоже далеко не сразу все пошло как по маслу. Большинство из них поменяли немало специальностей, прежде чем найти любимое дело, сделавшее их финансово независимыми.

Есть лишь одно но. Мы не будем говорить о различного рода мошенниках, которые наживаются на несчастье других, строят пирамиды, разбазаривают государственное добро и вымогают взятки за то, что им положено делать по должностным инструкциям.

Очень понравился автору этих строк отзыв в интернете на новую книгу про наших миллионеров. В нем сказано, что в переводе с греческого «олигархия» буквально означает «власть немногих» или «власть избранных». Данный термин впервые употребил Платон, считавший такую форму правления наилучшей. Собственно, под олигархией мыслитель понимал власть философов. Они во времена Платона занимались тем, чем занимается сегодняшняя интеллигенция в России: учили, врачевали, занимались науками в широком смысле, писали стихи и пр. Получается, что вполне правильно было бы назвать олигархом… учительницу средней школы. Что же касается той категории людей, о которой поведали авторы упомянутой книги, то их Платон называл иначе — плутократами. «Плуто» на греческом — богатство, соответственно плутократия — власть богатых. «Почему-то понятие плутократии больше соответствует сегодняшней правде жизни», — совершенно верно добавляет анонимный пользователь интернета.

Однако не будем делать вывод, что все мы давно олигархи, только не знали об этом. Просто имейте в виду: имеет место филологическое смещение терминов, сознательная подмена понятий. Кому хочется называть себя плутократом? Бюрократ-то — слово на Руси почти ругательное. Другое дело — олигарх. Почти аристократ. Звучит…

Не сочтите меня наивной, но и в наше трудное время можно разбогатеть честно, представьте себе. Думаете, это фантазии, мечты, богатое воображение? Ничуть не бывало! Хотя именно с мечты все и начинается. Только не с такой: «Что бы мне крутое приобрести, чтобы все обзавидовались?» В подобном случае вы начнете съезжать не в сторону богатства, а в сторону… долгов. Обращали вы внимание, сколько сейчас рекламы, кричащей о легкости получения кредитов, о практически беспроцентных «одолжениях» и так далее? Банкам такое очень выгодно. Они этим буквально живут — ссужают всем желающим деньги под «небольшие» проценты. А вот тому, кто берет кредит, не позавидуешь. Как говорят, берешь чужие и на время, а отдавать свои и навсегда…

Лучше научиться платить себе любимому. Миллионер, основатель крупной страховой компании У. Клемент Стоун сказал: «Часть всего заработанного нужно откладывать, а если вы не умеете экономить деньги, то в вас не заложены семена величия». Тут необходимо сделать очень важную оговорку. Сейчас стало модно говорить и писать на каждом углу, о том как нужно жить (иметь особняки в разных концах света, яхты, коллекции автомобилей, антиквариата и т. д.). Тусовки, показуха, праздность, красивые вещи… Появилось такое понятие, как гламурная жизнь. Эдакая пена на гребне большого выбора и больших денег. Но есть и другой, более важный вопрос: «Зачем нам жить?» Чтобы все это носить и во всей этой красоте купаться? Мелковато, знаете ли.

Ведь именно второй вопрос — самый главный, наш, национальный, тот, над которым бились великие писатели и философы. А первый — второстепенный, как бы заимствованный, потребительский. Простите за пафос, но если вы хотите большего, о большем и мечтайте! Скажем, не о покупке навороченного многофункционального мобильника, а о том, как помочь России построить хорошие дороги или победить рак. Кстати, одно с другим взаимосвязано, только мы постоянно путаем порядок ходов. Начнете стремиться делать нечто большее — появятся у вас и телефон, и машина, и квартира… Лишь позвольте себе такую роскошь — думать, что вы многое можете, что вам по силам горы свернуть.

Итак, первый шаг к успеху — грезить о великом, достойном и реальном. Конкретизируйте свои мечты, уловите направление деятельности и переходите к делу не медля ни минуты. Вы уже определились с предпочтениями относительно предстоящего трудоустройства?

И не думайте, что найти хорошую работу — мелковатая проблема в ваших наполеоновских планах. Отнюдь. Именно трудоустройство станет той отправной точкой, с которой вы будете менять жизнь к лучшему. Обратите внимание, представители каких специальностей пользуются наибольшим спросом у работодателей, каков средний уровень зарплат… В настоящее время велика популярность профессии менеджера по продажам. Тут не обойтись без таких качеств, как общительность, способность убеждать клиента, хорошее знание продукта, умение вести переговоры и оформлять договоры. Если подучиться теории продаж и психологии покупателя, освоить азы маркетинга, то можно сделать прекрасную карьеру в известной торговой компании. А затем вполне реально и открыть собственное дело. Пусть вас не смущает столь «низкий» старт. Если вы не остановитесь на достигнутом, а станете постоянно совершенствовать свои знания, работать чуть дольше и упорнее, чем коллеги, то вам гарантирован успех в любой области.

Читайте также:

- Почему мы ненавидим олигархов?

- Азбука отечественных олигархов. Часть I

- Азбука отечественных олигархов. Часть 2

5 способов стать состоятельным. Советы начинающему олигарху.

Итак, вы решили иметь очень много денег, то есть стать состоятельным человеком. Что это означает? С одной стороны, наличие этого самого состояния, выражающегося в определенной сумме денег, а с другой – возможность самому формировать состояние духа, своего гардероба, образа жизни и круга общения, в зависимости от толщины кошелька. Способов стать состоятельным человеком в нашем мире относительно немного. Про украсть мы говорить вообще не будем, поскольку рано или поздно за это все равно придется отвечать. Второй способ – выиграть в лотерею или в казино – уж очень маловероятен.

Вероятность выиграть в лотерею, допустим, миллион, хотя это совсем не сумма для истинно состоятельного человека, настолько мала, что ее и через самые современные камеры видеонаблюдения не разглядишь. Папа-миллиардер, тетушка с родственными связями в княжестве в Монако или дядюшка на Уолл Стрит у вас имеются? Ну, что ж, тогда отпадает и третий – наследственный вариант. Еще можно что-то эпохальное сочинить, придумать, изобрести, сотворить, написать, в конце концов. Ведь стала же авторша книг про мальчика-волшебника Гарри из Великобритании мульти-миллиардершей по версии журнала «Форбс».

Не пишется? Таланта нет или желания? Тогда остается последний, пятый способ добиться в жизни того, чтобы у вас было действительно много денег – заработать их. И тут тоже есть 5 основных способов.

1. Вы не должны ни на гран сомневаться в том, что вы сможете заработать денег столько, сколько сможете, а не столько, сколько нужно. Не ограничивайте себя какой-то суммой или каким-то сроком. Как говорили древние китайцы, и самый долгий путь начинается тогда, когда первый шаг сделан. Поиск проекта, который вам хотелось бы осуществить – это и есть первый шаг на пути к очень трудной, очень нервной, но весьма увлекательной работе – зарабатывать много денег.

2. Ставя перед собой глобальные планы на будущее, планируйте очень простые и конкретные пути их достижения на сегодня, завтра и послезавтра. Звоните, пишите, встречайтесь, договаривайтесь. Вот это и планируйте. Каждый план – на три дня вперед.

3. Вырабатывайте интуицию, просчитывайте информацию, доверяйте предчувствиям, прислушивайтесь к внутреннему голосу, но добейтесь того, чтобы у вас была надежная защита от прослушивания ваших телефонных и деловых переговоров.

4. Учитесь разделять и властвовать, нагружать максимальным объемом работы всех, кто радом с вами, ниже вас и выше вас. Овладевайте способностями к искусному администрированию, это важнейший талант в мире, где люди зарабатывают деньги. И себе и другим людям. Станьте тем, для кого зарабатывают.

5. Не бойтесь никакой информации, старайтесь знать все, про всех и обо всем. И как можно раньше. И как можно точнее. Научитесь считывать любые процессы, протекающие рядом с вами, точно так же как уличные камеры наблюдения на городском перекрестке фиксируют протекающие мимо толпы народа. С деталями разберетесь потом. Главное, не упустить то, что потом станет важным. Так вы готовы стать олигархом? Тогда вперед!

Как Каха Бендукидзе перестал быть олигархом — Секрет фирмы

Ультралиберал Каха Бендукидзе недавно продал свой российский бизнес, но ещё не решил, куда вложить вырученные деньги. Возможно, вскоре министр по координации реформ Грузии Бендукидзе совсем уйдёт с деловой и политической сцены.

Этой осенью журналу «Секрет фирмы» исполняется 15 лет. Представляем вашему вниманию один из лучших материалов, выпущенных за это время. Полный список архивных текстов, которые мы решили вспомнить по случаю нашего праздника, опубликован в конце.

Текст: Максим Котин («Секрет фирмы» №47 от 12.12.2005)

Бывший российский олигарх Каха Бендукидзе говорит, что продаёт всё, кроме совести. Сейчас он, например, продаёт свою родину. На сайте www.privatization.ge объекты продаж можно изучить досконально. Особо крупные даже сфотографированы.

Реализуются несколько десятков разнородных предприятий. Среди них Варкетильский винный завод (стартовая цена $750 000), АО «Мрамор», производящее облицовочные плиты ($70 000) и автогараж в Цаленджихском районе ($1120).

Масштабная публичная распродажа грузинского госимущества — часть программы реформ Бендукидзе. Месяц назад известный предприниматель продал акции холдинга «Объединённые машиностроительные заводы» (ОМЗ), который в течение многих лет пытался превратить в частую машиностроительную корпорацию, конкурентоспособную на мировом рынке. Скорее всего, реализация «стратегического объекта» совершена в интересах госкомпаний.

Бендукидзе, который всегда говорил, что не понимает термина «стратегический объект», стал министром Грузии по координации реформ, уехал из России и инвестировать в российскую экономику больше не хочет. Только на родине он получил возможность воплотить в жизнь свои идеи.

Реформируя грузинское государство по принципам корпоративного управления, Бендукидзе намерен уже через два года добиться цели: реформы завершить, министерство экономического развития за ненадобностью расформировать, а самому наконец обрести свободу, потому что никто больше не будет от него зависеть.

Каха Бендукидзе родился 20 апреля 1956 года в Тбилиси. Закончил биологический факультет Тбилисского госуниверситета, аспирантуру МГУ. С 1981-го работал в Институте биохимии и физиологии микроорганизмов АН СССР. В 1990-м акционировал компанию «Биопроцесс», через год вместе с Московской нефтяной биржей учредил АО «Народная нефтяная инвестиционно-промышленная евроазиатская корпорация» (НИПЕК). В 1993-м «Биопроцесс» выиграл аукцион по продаже акций «Уралмаша», на его базе был создан холдинг «Объединённые машиностроительные заводы». В 1998-м Бендукидзе занял пост гендиректора ОМЗ. В 2004 году ушёл в отставку, был назначен министром экономики Грузии, а затем — министром по координации реформ. В ноябре 2005-го продал принадлежавшие ему 25% акций ОМЗ. Холост, детей нет.

Что лучше золота

Как-то к Кахе Автандиловичу пришёл человек, который искал денег, чтобы на них добывать золото. Этот человек извлекал золото из отходов. Он долго рассказывал про добычу золота из отходов, пока Каха Автандилович не взял калькулятор и не подсчитал, что на вложенные $11 000 человек мог извлечь килограмм золота. Килограмм золота стоил $11 000.

— Как же так? — не понял Каха Автандилович.

— Вы не понимаете! — возразил человек. — Это же золото!

— Не понимаю, — согласился Каха Автандилович. — Вот смотрите, есть килограмм золота и есть $11 000, что лучше?

— Конечно, золото! — сказал человек.

И Кахе Автандиловичу стало всё ясно. Он понял, что человек фетишист, и денег ему не дал.

Думал о стоимости

Российских олигархов Бендукидзе называет «старшими товарищами», потому что они гораздо богаче его. Несмотря на разницу капиталов, то ли из-за стратегической важности ОМЗ, то ли из-за немалого политико-экономического веса владельца холдинга, Каха Автандилович прежде и сам входил в пул олигархов.

Ходорковский, Абрамович, Бендукидзе — ещё три года назад эти фамилии маршировали на газетных строчках в одном ряду. Сейчас Ходорковский сидит в Краснокаменске, Абрамович занят британским футболом, а Бендукидзе руководит реформами в Грузии.

Люди выстраивают эти события в одну парадигму и говорят, что продать ОМЗ и покинуть Россию олигарха вынудили в рамках программы равноудаления олигархов и ползучей национализации стратегических объектов. Бендукидзе говорит, что продать ОМЗ он и сам хотел.

— Не, ну сколько можно, слушайте! — восклицает Каха Автандилович, сидя в своем министерском кабинете. — Нельзя же всё время заниматься одним и тем же делом.

Десять лет Каха Бендукидзе занимался экскаваторами и атомными станциями, и всем казалось, что это особая бизнес-страсть. Но был строгий расчёт: когда все скупали нефтяные вышки, Бендукидзе использовал метод ковровой приватизации — приобретал крупные, негосударственные, невысокотехнологичные, непривлекательные для других предприятия. Так и получилось, что стал скупать машиностроение.

Сейчас он говорит, что с самого начала «думал о стоимости». Когда ОМЗ одной из первых российских компаний разместила акции на Западе — четверть акций за $38 млн, делать это стало совсем просто. Думать о стоимости значит не быть фетишистом и заниматься бизнесом затем, чтобы его потом продать.

— Зачем человек, у которого есть десять миллионов, рискует, чтобы сделать сто? — размышляет Бендукидзе. — Что у тебя десять миллионов, что сто — икры ты можешь съесть одинаковое количество. И выглядишь одинаково. После десяти миллионов человек становится индифферентен к потребительским свойствам денег. На сленге Силиконовой долины это называется fuck your money, то есть «иди на фиг», — переводит Бендукидзе. — После десяти миллионов деньги становятся просто мерилом успеха. Капитал — это уже вопрос игры. Как олимпиада: занял первое место — и очень доволен, радуешься.

— А у вас такая же мотивация?

— Нет-нет, меня Бог миловал, — улыбается Каха Автандилович. — У меня исключительно потребительская: чтоб иметь деньги и чтоб никто не донимал.

Сначала Бендукидзе ушёл в отставку с поста руководителя ОМЗ: он думал, что ОМЗ объединится с «Силовыми машинами» и он не будет больше управлять предприятием, оставшись только акционером, капитал будет расти, а его никто донимать не будет. Слияние не состоялось, а новый президент Михаил Саакашвили предложил вернуться на родину, откуда Бендукидзе уехал в 20 лет, и помочь Грузии стать страной с развитой экономикой. О том, что он согласился, поскольку родине захотелось помочь, Бендукидзе не сказал ни слова. Ему предложили — он согласился.

— Это же серьёзный шаг — из бизнесмена в чиновники.

— Не знаю, я не почувствовал серьёзности. Я человек несерьёзный, — говорит Каха Автандилович.

Он вернулся в Грузию, а потом продал свои 25% ОМЗ (по оценкам, за $40 млн), производящей оборудование для атомной энергетики и горной промышленности, — компании, которая начиналась с «Уралмаша» с оборотом $3 млн, а теперь имеет оборот в полмиллиарда.

Такая красивая вещь

Каха Автандилович полтора года жил в гостинице Marriott, потому что не мог себе найти хорошего дома. В Грузии трудно найти дом, чтобы был хороший и чтобы в нём были газ, электричество и горячая вода.

Пока Каха Автандилович жил в Marriott, вечера он проводил в холле гостиницы, где назначал встречи. Часто можно было наблюдать, как Каха Автандилович беседует с человеком, а другие люди сидят в креслах и ждут своей очереди.

Но потом он нашёл дом, который ему понравился, и договорился, что будет там жить и платить хозяину деньги. Каха Автандилович хотел бы купить этот дом, но хозяин не хотел продавать.

— Как же можно обменять такую красивую вещь на деньги, — сказал хозяин. — Продам только из уважения к вам.

— Из уважения ко мне не надо, — ответил Каха Автандилович.

Книжки про Буратино

Грузия — маленькая страна. С маленькими деньгами, которые выглядят как автобусные билетики, и маленькой революцией, которая выглядит как удачный ребрэндинг правительства. Годовой бюджет Грузии — около $1 млрд, 15% формируется из международных кредитов и грантов. Президент Грузии пишет заметки для Financial Times.

Что делает такой большой человек, как Бендукидзе, в такой маленькой стране?

— Мы снизили таможенную ставку с 30% до 12%, НДС — с 20% до 12%, сократили численность госаппарата — в некоторых министерствах почти в три раза, — перечисляет Каха Автандилович. Глаза у него закрыты, только иногда он открывает их, фокусируется на собеседнике, а потом снова закрывает. Всё это не мешает ему, однако, говорить без остановок.

На столе перед Кахой Автандиловичем — аэрофотосъёмка очередного гособъекта, который скоро будет выставлен на продажу. За спиной — полупустые книжные стеллажи и дартс. На часах — около десяти вечера, окно кабинета Бендукидзе — одно из немногих горящих в здании государственной канцелярии.

Сначала Бендукидзе назначили главой министерства экономического развития, но оно занимается слишком рутинными делами, а изменения должны были затрагивать многие другие подразделения правительства. И бывшего олигарха, возглавлявшего компанию, в которой работали 43 000 человек, сделали министром по координации реформ с аппаратом из 25 человек.

Гостей здесь угощают водой Rach Springs, потому что сам Бендукидзе родом из Рачи, области в Грузии — часах в четырёх езды на машине от Тбилиси. Разрешают пить из горла, потому что Каха Автандилович тоже из горла пьёт.

Его аппарат похож не на министерство, а на молодую грузинскую веб-студию, арендующую несколько комнат в госучреждении. Министерский дресс-код не соблюдает не только Бендукидзе, но и его подчинённые, разгуливающие в рубашках навыпуск. Каха Автандилович приходит на работу в одиннадцать, а то и в три дня и часто засиживается до поздней ночи.

Чтобы попасть на первый этаж этого государственного учреждения, в единственном работающем лифте надо нажать цифру три, а перед выходом можно изучить ассортимент киоска и купить красочные детские книжки про Белоснежку или Буратино.

Так и будет

Когда Каха Автандилович начал распродажу земель, его стали часто критиковать. Одни говорили, что нельзя продавать пограничные земли, потому что в случае войны там не смогут пройти танки. Другие считали, что нельзя продавать леса, потому что хозяева лесов не пустят к себе партизан и партизанской войны не будет. А один парламентарий сказал, что очень любит вкусные помидоры и поэтому он против приватизации.

— Связь какая? — спросил Каха Автандилович.

— Появятся крупные хозяйства, начнётся интенсивное земледелие, и люди начнут выращивать урожайные сорта, а самые вкусные помидоры выращивать перестанут, — ответил парламентарий.

— Может быть, так и будет, — сказал министр.

Диснейленд для бизнесменов

Когда Бендукидзе был российским олигархом, он участвовал в жизни страны. Ходил по журналистам в «порывах социального негодования». Клеймил вертикальную интеграцию, валютное регулирование, НДС и «вредное ископаемое» — нефть. В РСПП разрабатывал либеральные законы. Читал лекции в Высшей школе экономики и писал статьи в деловые журналы, в одной из которых даже предлагал продать Сбербанк иностранцам.

Оказавшись по другую сторону баррикад, Каха Автандилович получил возможность реализовать идеи на практике: в своих реформах Бендукидзе опирается на богатый корпоративный опыт реформирования машиностроительного холдинга.

Когда-то на ОМЗ он провёл масштабную реструктуризацию, чтобы сосредоточиться на основных бизнесах, а непрофильные процессы вывести на аутсорсинг. Грузинское правительство также выводит процессы на аутсорсинг: чтобы, например, министерство природы не само проектировало защитные сооружения, а покупало услугу на рынке. Тогда чиновники смогут сосредоточиться на основной задаче.

Если послушать Бендукидзе, то можно подумать, что основная задача чиновников — создать Диснейленд для бизнесменов. Для этого от всей госсобственности надо избавиться, потому что государство не может ею эффективно управлять. Некоторые налоги необходимо снизить, другие — отменить вовсе, чтобы сделать страну инвестиционно привлекательной. Любые ограничения, включая ограничения для иностранного капитала, требуется снять, а точки соприкосновения государства с бизнесом сократить до минимума, чтобы избежать коррупции.

Миссия: ОЛИГАРХ

Согласно секретной статистике, слово «олигарх» по частоте употребления обогнало слово «молоко» и вплотную приблизилось к другим, стратегически важным словам русского языка. У девушек же это понятие прижилось настолько, что окончательно вытеснило слово «принц». Но, как очень часто бывает, девушки слышат звон, но не знают, где он. Ликбез о том, как завоевать олигарха, начинают эксперты Ксения Собчак и Ульяна Цейтлина.

Вычислить олигарха

Олигарх – а кто это? Какие у этого вида существуют подвиды?

Собчак. Бывают просто олигархи, олигархи-лайт и лжеолигархи. Есть еще олигофренды – друзья олигархов – это еще хуже, чем лжеолигархи. Они находятся в свите олигархов, часто это не известные никому фамилии, они везде путешествуют со своим «хозяином». Когда ты кому-то шестеришь – это в принципе ужасно.

Цейтлина. Как правило, олигофренды – это представители шоу-бизнеса или тусовщики-прилипалы. Выглядят они как расслабленные, легкие в обращении парни и девушки, косящие под «своего парня», громко хохочущие над каждой шуткой и словом олигарха, модно прикинутые, в любой момент готовые подогнать красивых девушек или организовать модную тусовку. Образ шута при короле. Существа пресмыкающиеся.

Тогда как разобраться, кто перед тобой? Есть ли безошибочный метод?

Цейтлина. По мобильному телефону. У настоящего олигарха будет самый дешевый мобильный телефон примитивной марки трехлетней давности. И обычно их несколько. У лжеолигарха будет мобильный телефон марки Vertu. А у олигарха-лайт – новая навороченная модель Nokia.

Собчак. Как карманника определить на вокзале – по признакам, которые не подделаешь. Здесь нужен глаз-алмаз. Ведь бывает обратная история – с упущенной выгодой. Пришел парень в ресторан, в стоптанных кроссовках, в рваных джинсах Levi’s, в простой рубашке неприметненькой, в часах Swatch. Ты на него не посмотрела даже, а он вышел, сел в Bentley и уехал. Считай, упущенная выгода. Нет однозначного подхода. Вдруг он мегаолигарх, но просто скромный и считает своим долгом все свои деньги потратить только на тебя. Поэтому тяжело. Примеры? Роман Аркадьевич (Абрамович. – Прим. ред.) был замечен с часами Swatch, в очень простой одежде. Михаил Фридман – такой же.

Какой из подвидов самый перспективный?

Собчак. В плане легкой наживы, конечно, медведь-шатун, самый любимый тип. А в плане создания семьи они все абсолютно неперспективны. Вообще, весь «первый эшелон» для создания семьи непригоден. Как раз второй эшелон, к которому сразу пренебрежительно приставили слово «лайт», то есть light – легкий, вот его-то со счетов скидывать не надо. Они как раз для семьи очень перспективны. И наша с Оксаной Робски книга «Zамуж за миллионера или Брак высшего сорта» как раз о том, что с просто богатыми людьми общаться, жить и любить их интереснее, легче и приятнее. Я бы всем советовала заниматься этой группой – теми, кто построил свой бизнес, заработал хорошие деньги. У них такие же возможности, но тараканы их гораздо меньше. Хорошо определяются типы по музыке, которую они слушают. Скажем, олигарх, вышедший из развалин Бутова, будет слушать Юру Шатунова, живший в криминальных околотках города – «Лесоповал» или «Сектор Газа». Нужно искать тех, кто любит песню Наташи Королевой «Желтые тюльпаны», – точно романтики.
Дружат ли олигархи между собой?

Цейтлина. Олигарх олигарху глаз не выколет. Олигархи между собой дружат, хотя чаще предпочитают компанию олигофрендов.

Олигарх – найти и обезвредить

Как завоевать олигарха?

Цейтлина. Расслабиться и быть самой собой.

Собчак. Мне кажется, завоевывать олигархов нужно, отказавшись от самой цели кого-то завоевать. Не ставить себе такой задачи. Олигарх – зверь пугливый, сразу чувствует какую-то подставу. Видит наставленную на него лазерную пушку и очень быстро убегает. Поэтому лучше маскироваться тем, что тебе это не надо. А вообще это очень узкая группа, которая неперспективна в общении и лично мне не особенно интересна. Нужно жить, наслаждаться жизнью и заниматься саморазвитием, а эти люди должны тебя завоевывать и стремиться с тобой общаться, это унизительно для себя самой – стараться кого-то завоевать.

А как его удержать?

Цейтлина. Не пытаться этого сделать.

Собчак. Нужно иметь хорошую толстую канатную веревку. Накидываешь лассо и потом привязываешь за что под руку попадется, например, к батарее. Хотя батарея крупного олигарха (они же все достаточно крупные – килограммов по сто живого веса) не выдержит. Тогда к какой-нибудь колонне в доме. У олигарха дома обычно колонны в стиле римского пантеона. Вот за них привязываешь и удерживаешь. Все думают, зачем же такая инфернальная хуйня строится, а это для того, чтобы его удерживать.

Олигарх – человек или нечто иное

Как понять, что олигарх влюбился?

Цейтлина. Он переехал к тебе домой жить с чемоданами.
То есть олигархи умеют любить?

Цейтлина. Конечно.

Собчак. Что же они, не люди? Это же не марсиане, конечно, любят. Состояние влюбленности определяется по тем же признакам, что и у обычных людей. Проявления любви у олигархов точно такие же, как и у обычных людей, только возможностей у них больше. Когда есть деньги, больше возможностей устраивать сюрпризы, поездки, подарки, что угодно. Хотя, я считаю, даже небольшими усилиями можно сделать что-то приятное, просто мало кто этого хочет.

Поделитесь случаями из практики – может, какие-то специальные проявления любви олигархов и  необыкновенные способы их завоевать?

Цейтлина. Однажды я на глазах у изумленного состоятельного мужчины, который впоследствии стал моим молодым человеком, на спор, в пафосном ресторане «Марио» руками съела целую тарелку спагетти в белом соусе из головки сыра пармезан, лихо накручивая их на пальчик. Поднимая высоко и с выражением похотливой сексуальности, я доела все макаронины. Все присутствующие, официанты, пафосные барышни смотрели на меня с ужасом. Думаю, уже никого не удивят подаренные дома, Bentley и пр. Недавно мой любимый олигарх, первый раз за последние шесть лет нашей совместной любви и дружбы, подарил мне букет из красных роз.
Собчак. Слава Богу, в моей жизни я никогда не состояла в близких отношениях с олигархами и не собираюсь. Это очень узкая категория – откройте журнал Forbes и посмотрите. Я с такими людьми общаюсь, дружу, многих из них знаю лично, но романтических отношений с ними у меня нет. А о примерах ухаживания таких людей я на личном опыте рассказать не готова. Я считаю, что интерес к этой группе людей преувеличен и опошляет всю идею: как гламур, когда из каждой водопроводной трубы или унитаза ты слышишь слово «гламур» и об этом говорят люди, к нему никакого отношения не имеющие, то само понятие девальвируется. Так и здесь – этих людей достаточно много в нашей стране и мире, но стремиться к общению с ними бессмысленно. Разница между очень богатым человеком и олигархом внешне незаметна, но она существует, и огромная, – эти люди с очень большими сложностями в характере, заморочками, и для семейной жизни они не подходят.
Чем отличается секс с олигархом от секса с простым человеком?

Цейтлина. Ничем. На самом деле секс с олигархом бывает намного лучше, чем с простым человеком. Когда человек в чем-то успешный, состоятельный, талантливый, то он успешен, талантлив и состоятелен во всех других проявлениях.
Собчак. Тем же, чем секс с енотом отличается от секса с носорогом.

А у вас есть любимый олигарх?

Цейтлина. Лучше гор могут быть только горы, на которых еще не бывал.

Собчак. У меня такого нет.

Олигарх и его слабости

Вам известны маргинальные особенности олигархов, странные хобби? Их «болезни», слабые места, комплексы?

Цейтлина. Олигархи изначально глубоко больные люди. Безусловно, испытание деньгами – одно из самых серьезных испытаний в жизни. Как правило, его никто не выдерживает, у людей едет крыша. Ведь тот, кто достиг успеха, неважно в какой сфере, это исключение из правил, это некий урод, отклонение от нормы, психическое прежде всего. Олигархов надо беречь и от них поберечься. Главнейшая глупость, заблуждение – желание выйти замуж за олигарха. Проживание с олигархом сродни проживанию на Чернобыльской электростанции. Год за двадцать. Стоят ли этого трусы, часы, красивая машина… я не уверена. Второй эшелон людей, upper-буржуазный класс, более благоприятнее для тебя и для детей. Настоятельно рекомендую держаться от линии огня подальше. Слабые места индивидуальны – куча детских комплексов. Побеседуйте с его мамой и найдете ответы на все ваши вопросы.

Собчак. У такого плана людей всегда есть странные хобби, которые соответствуют их внутреннему миру. Кто-то собирает огромную коллекцию картин с портретами Наполеона, потому что сам невысокого роста, кто-то покупает себе огромные лодки, тем самым сублимируя свое небольшое мужское достоинство. В каждой избушке свои погремушки. Еще они коллекционируют трупы хомячков у себя в шкафу, кровь христианских младенцев в подписанных скляночках, которые хранятся в специальном дорогостоящем холодильнике, и уши убитых на войне конкурентов.

В чем основа болезненной привязанности олигарха к моделям? И что тогда сделать с собой?

Цейтлина. А в чем основа привязанности мужчины к молодой красивой женщине? По-моему, очевидно. Молодая красивая женщина может произвести на свет красивое здоровое потомство. В том числе она является неким доказующим элементом его состоятельности, его успеха, его богатства. Красивая девушка – это украшение. Девушкам: убить себя.
Собчак. Ничего делать не надо. Все равно они одевают своих спутниц в загранные наряды от Roberto Cavalli, так что те выглядят в точности как бляди с Ленинградки, только с другим ценником.
Как манипулировать олигархами?

Цейтлина. Возможно все, но манипулировать олигархом достаточно сложно. В жизни не бывает случайностей. Если человек изначально стал тем, кем он стал, то, поверьте, он чрезвычайно умен, чрезвычайно опасен, далеко нелегко манипулируем и видит ситуацию насквозь.

И все-таки кто такой олигарх

Ульяна, расскажите о телепроекте «Путевка на Рублевку»?

Цейтлина. Проект «ПНР» появился в умах продюсеров канала Муз-ТВ, они соответственно пришли с этой идеей ко мне. Проект очень успешный, он вошел в десятку самых рейтинговых программ. Я думаю, это был некий эксперимент, не знаю, как он отразился в умах девушек. Мне он был интересен: были и эксклюзивное интервью Люка Бессона, и процесс телевидения. Я привлекала огромное количество своих друзей – Оксану Робски, Андрюшу Григорьева-Апполонова, рестораторов. Это общение, познание самой себя. А вот для героинь программ это была шоковая ситуация. Но ошибается тот, кто ничего не делает.

Ксения, а что можете сказать о вашей общей с Оксаной Робски книге «Zамуж за миллионера или Брак высшего сорта»?

Собчак. Эта книга, я надеюсь, написана с юмором и призывает ровно к обратному от своего названия. Она о том, что нужно забыть об олигархах и переключить свое внимание на богатых достойных людей без огромных тараканов.

Давайте подведем итог. Дайте определение современному понятию «олигарх».

Цейтлина. Я думаю, это несколько раздутая медийная история. За границей нет такого понятия. Там есть богатые люди, богатейшие, крупные компании, глава компании. Олигарх – это, как правило, человек, наделенный богатством и неограниченной властью. У нас богатый человек, к счастью или к сожалению, неограниченной властью не обладает.

Собчак. Зачем давать современное определение, если есть прекрасное античное, которое очень хорошо все описывает, – это человек, который обладает не только деньгами, но и возможностью влиять на власть и политику, чье состояние и экономическая мощь позволяет применять эти ресурсы и в сфере политического влияния.

А какая следующая ступень развития этого понятия?

Цейтлина. Я думаю, что следующая ступень понятия «олигарх» – в деньгах, власти и остальном – будет спускаться ниже. Олигарх – это вымирающая особь.

Собчак. Бог.

Фридман: Как я стал олигархом

Добрый день, львовяне добрые, уважаемые коллеги!

Я начинаю эту лекцию на украинском языке, потому что до сих пор ее помню, хотя я не говорю по-украински почти 30 лет. Я очень благодарен, что вы нашли время в этот выходной, чтобы прийти и послушать меня. Я хотел бы извиниться и перейти на русский язык, так как моего словарного запаса недостаточно, чтобы сказать все, что я хотел бы.

Благодарю организаторов за возможность побывать в моем родном городе и познакомиться с ними.На самом деле, я никогда не читаю лекций, так как работаю в несколько другом жанре, но мне это нравится. Надеюсь, я смогу ответить на интересующие вас вопросы. Тема лекции - «Как стать предпринимателем». Обсуждая эту тему с друзьями, я сказал, что для начала нужно родиться во Львове, потом приехать в Москву в нужное время, когда империя начнет рушиться. В принципе, это самый простой способ стать предпринимателем.

Но если серьезно, я думаю, что для того, чтобы стать крупным и очень успешным предпринимателем, вам действительно нужно оказаться в нужном месте в нужное время - многое должно совпадать.Наверное, будет сложно стать предпринимателем в маленькой или очень бедной стране. Мир меняется и становится глобализированным, и в список самых богатых людей, естественно, входят китайцы, индийцы, американцы и русские - в конце концов, Россия - огромная страна с огромными ресурсами. Но самым богатым человеком в мире является мексиканец Карлос Слим, который, безусловно, не из самой большой и богатой страны мира. Тем не менее, с самого начала в маленьком городке он создал огромную бизнес-империю, которая работает практически на всем латиноамериканском континенте и успешно конкурирует с представителями других экономик мира, которые намного больше и сильнее. Поэтому я думаю, что у каждого присутствующего здесь, кто решит посвятить свою жизнь предпринимательству, есть шанс добиться практически неограниченного успеха.

Но главное не в том, как стать крупным предпринимателем или руководителем масштабных бизнес-проектов, а как стать предпринимателем в целом. Я считаю, что для этого важны не столько обстоятельства, сколько совершенно другое качество - предпринимательский талант.

Предпринимательский талант - это такой же талант, как и любой другой.Это как научный, творческий или литературный талант - в конце концов, мы здесь как часть литературного форума. Исторически отношение к предпринимательскому таланту в целом было довольно противоречивым, я бы даже сказал дискриминационным, особенно на территории современной Украины и России и тех государств, которые здесь существовали. Общественное восприятие предпринимательских талантов в целом было довольно негативным. Причин тому, несомненно, много. Один из самых важных, вероятно, религиозный. Как вы знаете, жадность - а по сути предпринимательство - это получение материального благосостояния - это один из смертных грехов, и традиционно все религии, особенно православная, относились к нему крайне негативно. Как сказал Христос в Нагорной проповеди, «скорее верблюд пройдет сквозь игольное ушко, нежели богатый войдет в Царство Небесное». Эта идея была в общественном сознании на протяжении веков. По сей день образ предпринимателя в России и, как мне кажется, в Украине в целом противоречив.

Разрушение этого стереотипа началось с протестантизма. Распространение протестантской этики привело к изменению отношения к предпринимательству: люди впервые начали думать, что предпринимательский талант - это дар от Бога, как и любой другой. Человек, рожденный с этим талантом, должен использовать его и должен накапливать материальные блага, которые будут использоваться не для собственных нужд, а на благо общества.

С этого момента бизнес приобрел полную легитимность и стал уважаемым и почетным занятием. Вот почему сегодня мы наблюдаем феномен англосаксонских обществ - Америки, Канады, Англии и других, - где бизнесмен является ведущей фигурой в общественной жизни. Общий подход этих стран к политике, общественной жизни и культуре имеет четкую бизнес-ориентацию, а их общества нацелены на достижение результатов. Существует строгий общественный контроль за расходами бизнеса и нормами поведения. Но очевидный успех этих обществ и их достижения привели к тому, что фигура бизнесмена и деловая активность стали все более важными и значимыми во всех странах, религиях и на всех континентах.Для одних результаты лучше, для других - не очень.

Несомненно, для России и для Украины это долгий путь, и должно пройти немало времени, прежде чем отношение к бизнесу изменится.

Теперь несколько слов о талантах, которые, по моему мнению, нужны бизнесмену, и о том, из чего состоит предпринимательский талант. Широко распространено мнение, и это фактически доказано наукой, что два полушария человеческого мозга отвечают за разные таланты. У людей с аналитическими наклонностями, тягой к естествознанию, логике и расчетам правое полушарие развито больше.Левое полушарие контролирует творческие наклонности, интуицию и творческое мышление. Считается, что у каждого человека лучше развита та или иная сторона. Мой анализ деятельности людей, серьезно преуспевающих в бизнесе, приводит меня к выводу, что предприниматели относятся к категории людей с одинаково хорошо развитым полушарием. Возможно, из них не получатся такие великие ученые или выдающиеся художники, но очевидно, что у них есть оба таланта, так сказать, в равной степени.

Почему я так думаю? Потому что, с одной стороны, я думаю, что предпринимательство - это по своей сути научная аналитическая функция: оно развивает расчет, экономию, трезвый и очень точный подход, способность перспективного планирования и расчета результатов, эффективности и так далее.

С другой стороны, главной целью в работе бизнесмена явно является человек, как и для творческих людей. Люди, как мы знаем, очень сложны и противоречивы, и довольно сложно использовать аналитический метод в одиночку в своих отношениях с ними, особенно когда мы говорим о таких тонких вещах, как построение бизнес-команды или отношения с партнерами или властью. .Поэтому, в принципе, я считаю, что успешный предприниматель делает точный, хладнокровный и взвешенный расчет того, что произойдет, но ему также нравится общаться с людьми, и ему это хорошо удается. У него хорошее чувство человеческой натуры, а иногда даже интуитивное понимание мотивов и поведения других. Другими словами, бизнес - это наука о поведении людей, как широкой публики, так и отдельных выдающихся личностей. И я считаю, что сочетание этих качеств в достаточно равной степени обычно дает хорошую основу для успеха в бизнесе.

Предпринимательский талант выражается в стандартном наборе очень важных талантов, которые полезны в любом виде человеческой деятельности: лидерские качества, настойчивость, настойчивость и так далее и так далее. Но есть также некоторые характеристики и качества, весьма характерные для предпринимательской деятельности.

Я бы сказал, что первое особое качество заключается в том, что у предпринимателя должен быть здоровый оппортунистический подход. Оппортунизм не всегда имеет положительное значение, и очень часто в личных отношениях, семейной жизни и дружбе он может быть не очень хорошим, но в бизнесе он иногда очень полезен.

Михаил Фридман: Я считаю, что из всех видов человеческой деятельности предпринимательство в каком-то смысле ближе всего к войне (фото: polit.ru)

Недавно я рассказал своим друзьям историю: когда мы начали работать предпринимателями на заре кооперативного движения, у нас был офис в здании Института химической физики, одного из крупнейших академических институтов Москвы. Мы снимали небольшую часть здания, а в соседнем здании работали люди одного возраста (мне тогда было около 24-25 лет), выпускники лучших советских вузов, советская научно-техническая элита. Они уже были либо молодыми кандидатами наук, либо профессорами, хотя все мы были примерно одного возраста; Другими словами, это были люди блестящие, образованные, сообразительные, эрудированные и т. д. Я, кстати, тоже пытался поступить в МФТИ в свое время, но, к сожалению, не попал, поэтому по разным причинам я слегка завидовал этим людям.

Мы были друзьями, встретились и поговорили, и, поскольку мы все только начинали, я сказал им: «Тогда пошли, присоединяйтесь к нам».Казалось, им было интересно, но потом мы поговорили, и они очень логично и подробно объяснили мне, почему они не могут этого сделать. Сказали, например, что нам понадобится стартовый капитал, а у нас его нет. Это было совершенно правильно. Потом заговорили об опасности, рэкетах и ​​гангстерах, что тоже было абсолютно правильно. В-третьих, они сказали, что советская власть этого не допустит, и мы все окажемся в тюрьме. Они привели десять причин, по которым нельзя заниматься бизнесом. После этого мы продолжили свой путь, а они - своим, и конечный результат был очевиден для всех: институт рухнул, и они потеряли работу.

Я говорю это не потому, что хочу критиковать их логику. У нас не было ответов на их вопросы, но у нас было внутреннее убеждение, что мы победим. Предприниматели часто работают в очень противоречивых условиях, и им очень трудно точно рассчитать каждый аспект того, что они делают. Я бы сказал, что если бы все это можно было просчитать, это больше не было бы бизнесом, а только техникой исполнения. Но здоровый оппортунизм и уверенность в том, что вы найдете правильное решение в этом быстро меняющемся мире, - одни из самых важных качеств для бизнесменов.

Еще одно качество, которое я считаю интересным для предпринимателей, - это сочетание, которое в обычной жизни можно было бы расценить как не очень положительное: большая гибкость с одной стороны и умение очень твердо отстаивать свои интересы. Гибкость в тактических вопросах и твердость в отстаивании своих стратегических целей - комбинация, с которой редко сталкиваешься. Гибкость иногда воспринимается как беспринципность. Очень часто в общественном сознании бизнесмены аморальны, потому что они готовы подружиться со вчерашними врагами и объединиться против людей, с которыми они дружили вчера и т. Д.Такое поведение действительно кажется беспринципным. Тем не менее, я считаю, что умение определять тонкую грань между тактикой и стратегией, тактическими и текущими целями и стратегическими задачами является очень важным качеством.

Есть еще один аспект, который я считаю интересным. В принципе, предпринимательство связано с множеством конфликтов. Большинство людей не любят конфликтов, что вполне нормально. Людям нравится дружить, договариваться и вежливо разговаривать со своими друзьями и родственниками.Но бизнес предполагает сосредоточение внимания на конфликте, если это необходимо, и готовность к нему. В бизнесе вы должны быть готовы время от времени яростно отстаивать свои интересы.

Я думаю, что из всех видов человеческой деятельности предпринимательство в каком-то смысле ближе всего к войне. Корпоративные войны отражают уровень напряженности в битвах, строгость и отсутствие компромиссов. Если кто-то в принципе подготовлен к такой войне и может жить с идеей конфликта, то он, вероятно, добьется успеха в бизнесе.

А теперь последняя забавная вещь, которая, как мне кажется, связана с предпринимательством, - адекватная оценка себя и окружающих. Иногда люди путают это с цинизмом и обвиняют предпринимателей в очень циничном отношении к действительности. Опять же, можно сказать, что в повседневном понимании мира это правда, потому что предприниматель, вероятно, обязан воспринимать весь мир объективно, возможно, предвидя самый негативный сценарий, самые неприятные действия других людей, в том числе близких .Речь идет о бизнесе, где тоже могут быть конфликты с друзьями.

Тем не менее, я считаю, что если это справедливо отражает окружающий мир, то это качество хорошо для бизнеса, и не так плохо для отношений. Конечно, приятно обманывать себя и питать иллюзии относительно своих знакомых и друзей, других людей, которых ты плохо знаешь ... Но лучше занять более трезвое отношение. Возможно, я немного преувеличиваю, когда говорю о таких вещах, которые не так привлекательны в идеальном мире, но я говорю об общепринятых качествах активности, энергии, драйва, харизмы и т. Д., Которые являются поразительными человеческими качествами. полезен практически для любой деятельности.

В заключение своей лекции хочу сказать, что в бизнесе бывают разные ситуации, приятные и неприятные, как и в повседневной жизни. Но, на мой взгляд, это одна из самых прекрасных и интригующих форм человеческой деятельности, которая захватывает и вызывает очень яркие эмоции. Когда я оглядываюсь на свой скромный бизнес за последние 20 лет, мне иногда кажется, что это напоминает мне хороший триллер, у которого пока счастливый конец. (Хотя, надеюсь, это еще не конец).

И я рекомендую его всем, кто чувствует, что у них есть навыки, склонности и таланты для работы в бизнесе. Это действительно интересно и занимательно, и я думаю, что ваша жизнь будет очень насыщенной и насыщенной. Удачи вам всем!

Форум издателей во Львове - крупнейшая книжная ярмарка в Украине и одна из крупнейших в Центральной и Восточной Европе (фото: polit.ru)

Борис Долгин: Большое спасибо, Михаил Маратович.

Вы перечислили множество замечательных качеств, которые действительно кажутся необходимыми для бизнесмена, хотя, возможно, в других ситуациях они могут оказаться не самыми лучшими. Но есть еще одна профессия, с представителями которой, я думаю, вы встречались в разных странах и с которыми так или иначе работали, - это политики. Не кажется ли вам, что характеристики, о которых вы говорили, - сочетание анализа и интуиции, а также готовность идти на риск и вступать в конфликты - в чем-то близки качествам политика? Какие отличия?

Фридман: Да, действительно, политики и предприниматели очень похожи, но не следует забывать о разнице между политиками и бизнесменами.И если мы говорим о том, чем они отличаются, я считаю, что политика, несомненно, более гуманная форма деятельности, в ней меньше расчета и меньше логики. Вернее, в этом тоже есть определенная логика, но это не похоже на бизнес-логику. В бизнесе, особенно в крупных организациях, аналитический расчет включает маркетинг, изучение рынка и так далее, другими словами, вполне научные вещи. Все это очень важно. Конечно, политика тоже постепенно начинает двигаться в этом направлении…

Долгин: То есть им требуются исследования и отчеты?

Фридман: Да, социологические опросы и так далее.Но, на мой взгляд, политика в настоящее время все еще существует больше в сфере эмоций и чувств по поводу потребностей общества и социальных групп. На мой взгляд, это гораздо менее аналитично, чем бизнес. Конечно, происходит переходный период, потому что, как мы знаем, политика - это концентрированное выражение экономики, и, в конце концов, политика отражает интересы крупных экономических групп.

Также я считаю, что в некотором смысле предприниматели намного свободнее политиков. Для меня лично, например, это самый важный фактор, ведь политика часто вредит вашему здоровью.Причина, по которой я никогда не пойду в политику, состоит в том, что это, несомненно, заставит меня жить публично во многих отношениях. Но у предпринимателей гораздо больше свободы для маневра, они ведут свою личную жизнь. Для меня это абсолютно необходимо.

Я согласен с тем, что политика и экономика - смешанные сферы деятельности, и по мере развития общества динамика перехода от одной категории к другой становится все более очевидной. Примеров огромное количество: возьмите Сильвио Берлускони.Если мы рассмотрим структуру американской политики, то увидим, что «горизонтальный» переход от политики к бизнесу и наоборот является чрезвычайно распространенным явлением. В США был министр финансов Роберт Рубин. Это было лет 10 назад.

Долгин: При Клинтоне.

Фридман: Да, я думаю, это было при Клинтоне. И он находился на этой должности долгое время, более семи лет, я думаю, что нехарактерно, потому что обычно министр финансов остается на своей должности два, три или четыре года.В один президентский срок часто бывает два министра финансов. Он показал мне портреты всех министров финансов в министерстве, начиная с первого, которые были в париках, и сказал: «Я был министром дольше, чем все остальные. Ты знаешь почему? Потому что я был богат, когда пришел на эту должность. Мне не нужно уходить. Все уходят, потому что они бедны. Они работают, а потом идут в бизнес - им нужно зарабатывать деньги. Но мне не обязательно ». Когда он стал министром, он действительно был очень богатым человеком.Я хочу сказать, что американский истеблишмент довольно спокойно относится к единству политической и экономической среды. И стиль американской политики очень деловой, все очень нацелено на конкретный конечный результат, нет абстрактных целей, все очень сфокусировано. Поэтому я считаю, что политика и экономика часто очень близки.

Вопрос из зала: Как вы думаете, стоит ли ожидать вторую волну кризиса? И второй вопрос, как вы поняли, как начать бизнес и с чего начать? Спасибо.

Фридман: Что касается второй волны кризиса, чтобы говорить об этом более или менее серьезно, нужно согласовать, что мы понимаем под словом «кризис», и как проявился предыдущий кризис. Это привело к падению ВВП в экономической системе развитых и развивающихся стран, таких как Россия, Украина и страны Балтии. В Америке падение составило около 5%, в России - 8,5%, а в Украине - 15%. В целом это была, конечно, серьезная проблема, но я бы не назвал ее очень драматичной.Кризис сравнивали с «Великой депрессией», но это не совсем уместно. Кризис - нормальное явление, он случается постоянно, и за время нашей работы мы пережили как минимум три-четыре полномасштабных кризиса: в 1998, 1995 и 2000 годах.

Я думаю, что если мы говорим о повторении кризиса в том виде, в каком он был в 2008 году, то есть о падении ВВП и кризисе нескольких крупных банков, то второй волны не будет. Центральные банки, правительства и все другие учреждения, которые следят за ними, сделали свои собственные выводы, и я практически уверен, что повторения этого сценария, когда рухнут крупные финансовые структуры, не произойдет.Сегодня мы должны признать, что это была серьезная ошибка, продиктованная личными проблемами и ошибками группы людей: американского казначейства и руководства компаний.

Но в какой-то другой форме, несомненно, будет кризис. Может, не в следующем году, а через несколько лет. Очевидная форма, которую это может принять, - неисполнение суверенных долгов европейских стран. Это приведет к другим проблемам, например, проблемам с потоком инвестиций в эти страны, проблемам бюджетного дефицита и, соответственно, девальвации национальных валют и значительной инфляции в странах, на которые это может повлиять.

Что я имею в виду? Если вы понимаете слова «вторая волна» как повторение сценария, то ответ - «нет, второй волны не будет». Если под «второй волной» понимать какой-то кризис в экономике, то это обязательно произойдет. Я не могу сказать «рано или поздно», но не думаю, что они произойдут в ближайшем будущем, потому что все уделяют этим вопросам большое внимание и принимают разумные решения. Они все очень напуганы.Кризис обычно случается, когда люди ничего не боятся, дела в саду радужные и могут только поправиться. Вот тогда наступает кризис. Поскольку сейчас все очень напуганы, все время об этом говорят и пытаются решать проблемы, я думаю, что какие-то колебания неизбежны, но в принципе не следует ожидать такого драматического развития событий.

И второй вопрос. Знаете, сложно ответить. Я вам скажу почему. В принципе, вы можете работать в любом направлении, уверяю вас.Если есть талант, все будет хорошо. Я просто думаю, что для того, чтобы заниматься бизнесом, нужно иметь чувство, которое находится не на уровне расчетов и экономических моделей, а интуитивное, внутреннее восприятие некоторого спроса, который витает в воздухе, который существует в обществе и который является в настоящее время не удовлетворен, и вы можете попытаться удовлетворить его.

Например, если я ехал на метро, ​​а я не езжу на метро много лет, к сожалению или к счастью, я не знаю, что нужно людям, которые ездят на метро.Но когда я много времени проводил в метро 20 лет назад, когда я ходил по улицам и жил той жизнью, которой живут студенты - я закончил институт, а потом работал на заводе - я очень четко понимал, что может быть интересно и что может понадобиться. Так и поступили: не сидели и не придумывали очень умных вещей, а начали с того, что нас интересовало, что нужно нашим друзьям и знакомым. Это было моей первоначальной предпосылкой. Уверяю вас, что если вы внимательно прислушаетесь к своему внутреннему голосу и мнению окружающих, то вскоре поймете, что может потребоваться.

Банальный ответ - конечно, всегда легко сделать что-то новое. Время, в котором мы живем, жадное и стремительное: количество вещей, происходящих в разных местах одновременно, постоянно растет. В основном это связано с новыми технологиями, так что очевидно, что это область для работы. Она пользуется спросом, меньше конкуренции, она только начинается и это новая область. И, вероятно, не потребуются гигантские затраты: ИТ, Интернет и так далее. Как я уже сказал, банальный ответ, но я думаю, что любой, кто способен интуитивно понимать, чего хотят окружающие, сможет что-то придумать.

Долгин: Михаил Маратович, но вы занимаетесь бизнесом и вы предприниматель. Когда вы решаете заняться чем-то другим, вы тоже на что-то реагируете и обращаете внимание на аналитические отчеты, которые читаете.

Фридман: Ну, во-первых, конечно, мы не стоим на одном месте и развиваемся. У бизнес-структуры есть своя законченная логика, своя жизнь. Когда мы только начинали, здесь было много новых слов в бизнесе. Например, долгое время я не понимал термин «юридическое лицо», но с возрастом и опытом я начал понимать, что это на самом деле очень правильное название.Это действительно условное юридическое лицо, продукт деятельности вашей компании и ваших партнеров, которое начинает жить полностью независимой жизнью, имеет свою судьбу, свои интересы и свои цели. Наша работа - поддерживать его в этих интересах. Это отдельный объект, неодушевленный, но хорошо очерченный. Когда вы уже работаете над этим, существующий бизнес диктует вам, что нужно делать, но когда вы только начинаете, вы находитесь в совершенно другой ситуации.

Географическое распределение рынков «Альфа-Групп» (данные за 2008 г.).Михаил Фридман: «Доля нашего бизнеса в России падает. Сейчас, я думаю, он составляет 70-80%, но в ближайшие 10 лет обязательно упадет ниже 50% ».

Юрий Максимович: Добрый день. Насколько глобален сейчас Альфа-Банк? Какая часть бизнеса находится в России, а какая - в других странах?

Фридман: Спасибо.

Я уже упоминал Карлоса Слима, который начинал с мексиканской компании, а затем распространил свой бизнес по всей Южной Америке.Я хочу сказать, что глобализация, несомненно, является одновременно целью и объективным фактом, который не зависит от того, чего мы хотим. Мы хотим глобализации, потому что диверсификация снижает зависимость от конкретной страны. Эта зависимость существует всегда, от политики, экономики или социальных факторов. Хотя мы в принципе патриоты и в России, и в Украине, мы понимаем, что диверсификация бизнеса была бы чрезвычайно полезна для нас, чтобы наш бизнес был стабильным, надежным и устойчивым. Это, с одной стороны, но с другой - это абсолютно необходимо, особенно в секторе телекоммуникаций, потому что, если задуматься, телекоммуникации сами по себе являются глобализацией. Скорость обмена информацией - глобализация. Это бизнес, который представляет собой ядро ​​глобализации, и поэтому, хотим мы того или нет, оставаться в рамках национальных границ в этом бизнесе было бы абсолютно беспроигрышной стратегией. Итак, с одной стороны, это то, чего мы хотим, а с другой - это имеет смысл.

Что касается доли нашего бизнеса в России, СНГ и остальном мире, то я бы сказал так: Россия пока остается основным экономическим пространством, где мы осуществляем свою деятельность.Тем не менее, процент нашего бизнеса в России падает. Сейчас, я думаю, он составляет 70-80%, но в ближайшие 10 лет обязательно упадет ниже 50%. Соответственно за пределами СНГ это 5-10-15%. Я думаю, что в будущем их будет 50% в России, 20% в СНГ и 30% в остальном мире, что, на мой взгляд, будет гораздо более сбалансированным подходом, чем то, что мы имеем сегодня. Хотя 5-7 лет назад практически 100% нашей деятельности было в России, поэтому мы идем по правильному пути.

Вопрос из зала: Как вы начали, и достаточен ли для вас доход, который вы зарабатываете в настоящее время?

Фридман: Поскольку мы начинали на заре предпринимательства, наша цель была довольно примитивной - зарабатывать деньги. Мы жили в общежитии, поэтому все мечтали о красивой жизни и автомобилях, как и все обычные люди. Первые деньги мы заработали довольно быстро, и за несколько месяцев наши требования возросли. Мы купили свой первый телевизор Panasonic, видеоплеер, а потом купили автомобили.Конечно, этих денег с точки зрения личного потребления было более чем достаточно для комфортного проживания. Я знаю довольно много людей, которые зарабатывают много денег, путешествуют по разным красивым местам и ни в чем себе не отказывают. Эта философия нам (мне и нашим партнерам) несколько чужда, так как выходить на профессиональную пенсию (даже очень комфортную) было бы как минимум совершенно неинтересно. Нам нравится то, что мы делаем.

Не могу сказать, что это легкая профессия, но очень сложно передать словами всю волнующую историю, которая разворачивается в бизнесе.Для меня это триллер, вестерн, что-то в этом роде. Так что, когда привыкаешь жить в этом жанре, жизнь без него становится очень скучной. Например, после нескольких дней отпуска я чувствую необходимость вернуться к своей обычной деятельности. В каком-то смысле такой образ жизни немного сумасшедший, но в то же время очень интересный. Вдобавок вам нужно развиваться и учиться. Если вы хотите быть в курсе событий, вы должны следить за политическими и мировыми событиями и слухами. Поэтому я не хочу уходить из бизнеса, не хочу терять этот драйв, я хочу быть вечно молодым, энергичным, сильным и успешным.Именно ради этого ощущения мы ведем бизнес. Деньги - это всего лишь способ измерения нашего успеха.

Долгин: Кратко продолжу. Один из ваших коллег по «Альфе», Петр Олегович Авен, однажды на одном из наших семинаров извинился перед большим бизнесом. Он сказал, что именно в действительно крупных компаниях с серьезной корпоративной культурой, где прозрачность очень важна, развивается своего рода новая культура взаимоотношений и те элементы, которые сделали бизнес таким непопулярным в 1990-е годы, грязные сделки и т. Д., пропадать. Что вы думаете о роли крупного бизнеса как носителя культуры?

Фридман: Люди говорят, что в большом бизнесе люди беспринципные и мерзкие циники, и я уверен, что в некоторых случаях это правда. Я не идеализирую себя или своих коллег, и я не сомневаюсь, что мои коллеги не всегда белее белого, но я действительно считаю, что невозможно создать крупный бизнес, не имея очень точной системы ценностей и принципов. Это связано с тем, что в крупном бизнесе задействовано большое количество людей, и каждая компания, как мы знаем, имеет абсолютно индивидуальный подход к внутренней этике, философии, целям, задачам и ценностям.То, что такой набор ценностей существует, не вызывает сомнений. Ценности могут отличаться, их могут критиковать за неправильность, но они существуют. Они представляют собой набор этических и социальных норм внутри компании, которые создают основу, называемую корпоративной культурой. Эта виртуальная вещь колоссально важна для достижения результата. Для достижения результатов в обществе столь же важны, как дух сообщества и общественная мораль. В каждой компании, если она живая и сильная, есть этика и принципы. В этом смысле я считаю, что бизнесмены должны играть важную роль как носители культуры. Вопрос в том, насколько этот дух и этот набор ценностей соответствуют общественной морали.

Я думаю, что проблема крупного бизнеса в России, как и в Украине, заключается в том, что потребности большого бизнеса сильно отличаются от общественного мнения, поэтому между ними существует разрыв. Вот почему мораль крупных корпораций часто кажется враждебной и чуждой, потому что в принципе они очень разные. Опять же, исторические корни и объяснения следует искать в религиозных верованиях. Поэтому сказать, что бизнес полезен для общества, что ценности, которые он приносит обществу, верны, на мой взгляд, далеко не так.Это философский вопрос: неясно, нужны ли обществу эти ценности, существует множество обществ, живущих другой жизнью. Ценности прививают прагматичное отношение к жизни и улучшают материальные результаты - это правда, но не совсем ясно, насколько это помогает обществу. Да, в крупных компаниях существуют этические правила, которые часто приносят пользу обществу.

Долгин: Вы являетесь членом Российского союза промышленников и предпринимателей. Что ты делаешь там?

Фридман: РСПП - общественная организация, одна из немногих в нашей стране, которая создавалась снизу, а не сверху вниз.Это была инициатива широкой общественности, «простых олигархов». Его даже в шутку называют профсоюзом олигархов.

Долгин: Но это произошло не сразу, сначала это были «красные директора».

Фридман: Да, красные директора пришли первыми, но они уже вышли из пенсионного возраста, и организация умирала на ногах, поэтому ее нам отдали. Можно сказать, что мы просили об этом, и мы плавно помогли им выйти на пенсию. Она стала «олигархической» структурой, в которой участвовали все крупнейшие и самые известные предприниматели России.Если вы что-нибудь слышали о российском бизнесе, то знаете практически все. Между прочим, для меня большая честь быть принятым в руководящий орган, который называется «бюро» и состоит примерно из 20 человек. Мы действительно стараемся, насколько это возможно в наших социально-политических условиях, влиять на экономическую политику правительства и законодательную политику Государственной Думы, депутатов и министров. Нельзя сказать, что у нас большие успехи, но в целом это сегодня считается самой влиятельной общественной организацией в сфере бизнеса.

Действительно, президенты Владимир Путин и Борис Ельцин регулярно встречались с представителями бюро РСПП, и президент Медведев до сих пор встречается. Они обсуждают официальные вопросы, хотя там проходят и содержательные дискуссии. И мы, безусловно, защищаем общие интересы, а не интересы своего личного бизнеса. Не потому, что мы такие великие альтруисты - мы бы с радостью защищали свой бизнес, - а потому, что коллеги не допускают обсуждения только своих интересов.У каждого свои интересы. Знаете, в компании этих людей вы становитесь порядочным человеком, хотите вы этого или нет, и боретесь за всеобщее благо. Это диктует определенные условия, и я не буду сейчас вдаваться в подробности и приводить конкретные примеры, но мы действительно оказали положительное влияние на многие законы, юридические документы с целью облегчения деловой жизни. Эта организация очень либеральна как по духу, так и по взглядам. По крайней мере, он отстаивает приоритет частной собственности над государственной и поддерживает либерализацию бизнеса в России.

Вопрос из зала: Пан Михаил: как, по вашему мнению, человечество будет развиваться в ближайшие 60 лет? Спасибо.

Фридман: Что нас ждет впереди - сложный вопрос. Что я могу сказать? В принципе, у нас будет то же самое, что и в прошлом, будет много хорошего и много плохого. Не думаю, что эта тема или такой формат позволят мне сказать что-то интересное на эту тему. Я не ученый и не пророк, я просто делаю то, что делаю.Спасибо за вопросы.

Определение, плюсы, минусы, причины, примеры

Олигархия - это структура власти, которая позволяет управлять несколькими предприятиями, семьями или отдельными лицами. У этих немногих правящих членов достаточно власти, чтобы разрабатывать политику, которая приносит им пользу, исключая остальную часть общества.

Они поддерживают свою власть через отношения друг с другом. Термин «олигархия» происходит от греческого слова « олигархия», «» и означает «мало правящих»."

Три самых известных страны с олигархией - это Россия, Китай и Иран. Другими примерами являются Саудовская Аравия, Турция и Южная Африка времен апартеида.

Плутократия - это разновидность олигархии. В плутократии лидеры богаты. Лидерам олигархии не обязательно быть богатыми, хотя обычно они таковыми и являются. Например, средняя школа, управляемая популярной кликой, - это олигархия. Плутократия - это всегда олигархия, но могут быть некоторые олигархии, которые не являются плутократией.

Черты олигархии

«Железный закон олигархии» гласит, что любая организация или общество в конечном итоге станет олигархией. Это потому, что люди, которые узнают, как добиться успеха в организации, получают конкурентное преимущество. Чем крупнее и сложнее становится организация, тем больше преимуществ получает элита.

Олигархи общаются только с теми, кто разделяет те же самые черты. Они становятся организованным меньшинством, в то время как обычные граждане остаются неорганизованным большинством.Олигархи ухаживают за протеже, разделяющим их ценности и цели. Обычному человеку становится все труднее пробиться в группу элит. Следующие плюсы и минусы суммируют некоторые из преимуществ и проблем:

Плюсы
  • Власть централизована внутри команды руководителей, а не вовлекает всех в каждое решение.

  • Люди могут участвовать в делах, отношениях и работать, в то время как группа, находящаяся у власти, решает более крупные проблемы общества.

  • Олигархия стремится сохранить статус-кво, что порождает консерватизм вместо того, чтобы идти на рискованные предприятия.

  • Он может способствовать творчеству и инновациям, потому что люди не беспокоятся о том, как управлять обществом.

Минусы
  • Правящий класс контролирует политику и законодательство и в конечном итоге имеет гораздо большее богатство, чем остальное общество.

  • По мере того, как правящий класс приобретает все больше знаний, он стремится исключить посторонних, что затрудняет взлом людей.

  • Это мешает новым взглядам и разнообразию.

  • Он может ограничивать доступные поставки определенными классами, фиксировать цены, предоставлять выборочные льготы и ограничивать экономику, препятствуя основным функциям спроса и предложения.

  • Когда люди чувствуют, что не могут присоединиться к правящему классу, они больше не чувствуют себя обязанными следовать правилам, установленным правящим классом, что ведет к восстанию, разладу и войне.

Плюсы олигархии

Олигархии существуют в любой организации, которая делегирует власть группе экспертов-инсайдеров, чтобы организация могла функционировать.Неэффективно для всех постоянно принимать все решения.

Олигархия позволяет большинству людей сосредоточиться на своей повседневной жизни, не слишком вовлекаясь в проблемы, волнующие общество в целом. Они могут проводить свое время, занимаясь другими делами, например, работая над выбранной карьерой, налаживая отношения со своими семьями или занимаясь спортом.

Олигархия также может сделать возможными инновации. Поскольку олигархия управляет обществом, творческие люди могут тратить время, необходимое для изобретения новых технологий.Конечно, эти творческие люди будут успешными только в том случае, если их изобретения и успех будут приносить пользу и интересам олигархии.

Решения, принимаемые олигархией, по своей сути консервативны, поскольку цель состоит в том, чтобы сохранить статус-кво (удержать правящий класс у власти). Поэтому маловероятно, что какой-либо отдельный лидер сможет направить олигархическое общество на слишком рискованные предприятия.

Минусы олигархии

Олигархии увеличивают неравенство доходов.Это потому, что олигархи перекачивают богатство страны в свои карманы. Это оставляет меньше для всех и способствует еще большему социальному неравенству. По мере того как группа инсайдеров набирает силу, она стремится сохранить ее. По мере того, как их знания и опыт растут, вторгаться в них становится все труднее.

Олигархии могут устареть. Они выбирают людей, которые разделяют одни и те же ценности и мировоззрения, и это может посеять семена упадка, поскольку они могут упустить выгодную синергию разнородной команды.

Если олигархия захватит слишком много власти, она может ограничить свободный рынок. Например, представители олигархии могут неформально договориться об установлении цен, что нарушает законы спроса и предложения.

Если люди теряют надежду на то, что однажды они смогут присоединиться к олигархии, они могут впасть в отчаяние и прибегнуть к насилию. Следовательно, они могут попытаться свергнуть правящий класс. Это может подорвать экономику и причинить боль и страдания каждому.

Как поднимаются олигархии

Руководители хороши в своем деле - иначе они бы не поднялись до этого уровня. Вот как они могут продолжать забирать больше богатства и власти у тех, у кого нет этих навыков или интересов.

Олигархия формируется, когда лидеры соглашаются усилить свою власть независимо от того, приносит ли это пользу обществу. Это может произойти в любой политической системе.

Если лидер слаб, олигархия может образоваться при монархии или тирании. Влиятельная группа усиливает свою власть вокруг этого человека, и когда лидер уходит, олигархи остаются у власти. Они выбирают марионетку или свою собственную, чтобы заменить лидера.

Олигархия также может возникнуть в условиях демократии, если люди не будут в курсе. Это происходит чаще, когда общество становится чрезвычайно сложным и трудным для понимания. Люди готовы пойти на компромисс, уступив власть тем, у кого есть страсть и знания, чтобы править, - или они просто не видят альтернативы.

Олигархии США

Соединенные Штаты - олигархия? Одним из тревожных признаков является усиление неравенства доходов. Домохозяйства с высоким доходом в США.Доход С. увеличился на 64% за последние полвека, со среднего годового дохода в 126 100 долларов в 1970 году до 207 400 долларов в 2018 году. За тот же период средний доход среднего класса увеличился всего на 49% до 86 600 долларов, а средний годовой доход ниже - доход домохозяйства вырос на 43% до 28 700 долларов.

В результате доля совокупного дохода, приходящаяся на домохозяйства с более высокими доходами, увеличилась с 29% в 1970 году до 48% в 2018 году, а доля домохозяйств среднего класса упала с 62% до 43%.

Домохозяйства с высокими доходами представляют собой элитный класс руководителей, инвесторов и аристократов.Они ходят в одни и те же школы, путешествуют в одних и тех же социальных кругах и сидят на досках друг друга. Однако, если эти люди должны считаться американскими олигархами, стоит отметить, что они не принадлежат к одной семье и не все поддерживают одни и те же цели. Вместо этого эти богатые люди делают пожертвования на кампании и цели, которые помогают их бизнесу и продвигают их идеологии.

Газета Washington Post обнаружила, что всего 10 мега-доноров и пары внесли почти 20% от 1 доллара.1 миллиард собран супер PAC в 2016 году. Super PAC - это комитеты политических действий, которые могут скрыть личность своих спонсоров. В число крупнейших жертвователей входили доноры-демократы и республиканцы.

Эти сторонники хорошо известны с обеих сторон. Например, Чарльз Кох и его покойный брат Дэвид сделали свое состояние, инвестируя в производные нефти, и теперь семья Коха поддерживает консервативную политику через фонды Коха. Другой пример - Гарольд Хамм , владелец компании Continental Resources, открывшей месторождения сланцевой нефти Баккен.Компания Continental Resources использовала свои деньги для поддержки кандидатов от республиканцев, ПКК и других организаций.

Лоббист Comcast Дэвид Коэн - миллионер, который делает пожертвования демократам. Он также успешно лоббировал в правительстве слияние Comcast и NBC. С. Дональд Суссман - менеджер хедж-фонда, который поддерживает либеральных кандидатов.

Исследование, проведенное учеными из Северо-Западного и Принстонского университетов, подтверждает утверждения об американской олигархии.В ходе исследования было проанализировано около 1800 федеральных политик, принятых в период с 1981 по 2002 годы. Было обнаружено, что на политику правительства существенно влияет как экономическая элита, так и организованные группы, представляющие интересы бизнеса, в то время как «среднестатистические граждане и массовые группы интересов имеют незначительное независимое влияние или не имеют его вообще. . "

Американское лишение избирательных прав

В результате многие американцы чувствуют себя бесправными или беспомощными, чтобы влиять на свое общество. Опросы Gallup в 2020 году показали, что 86% американцев недовольны тем, как идут дела сейчас.Кроме того, опросы, проведенные в январе 2020 года, показали, что только 43% удовлетворены распределением доходов, хотя те же самые опросы показали, что 72% американцев удовлетворены своей возможностью продвинуться в обществе.

Такое отношение привело к появлению таких популистских протестных групп, как «Чайная партия» и движения «Захвати Уолл-стрит».

Это недовольство стало критической силой в президентской кампании 2016 года. Это придало импульс кандидатам на обоих концах политического спектра.Берни Сандерс выступил против политики, увековечивающей неравенство доходов. Дональд Трамп свалил оппонентов-республиканцев, демократов и влиятельных корпоративных лоббистов в то же «болото», которое мешало федеральному правительству исполнять волю народа.

олигархов в США? на JSTOR

Abstract

Мы исследуем возможность того, что политическая система США может быть с пользой охарактеризована как олигархическая. Используя определение, основанное на материалах Аристотеля, мы утверждаем, что олигархия не противоречит демократии; что олигархам не нужно занимать формальные должности, вступать в сговор или даже активно участвовать в политике, чтобы добиться победы; это огромное богатство может предоставить как ресурсы, так и мотивацию для оказания мощного политического влияния.Данные о распределении доходов и богатства в США используются для построения нескольких индексов материального могущества, которые предполагают, что самые богатые американцы могут оказывать гораздо большее политическое влияние, чем средние граждане, и что очень небольшая группа самых богатых (возможно, верхняя десятая часть 1 процента) ) может обладать достаточной властью, чтобы доминировать в политике в определенных ключевых областях. Краткий обзор литературы предлагает возможные механизмы, с помощью которых может происходить такое влияние, через лоббирование, избирательный процесс, формирование общественного мнения и саму Конституцию США.

Journal Information

Perspectives on Politics предоставляет политическое понимание важных проблем посредством тщательных, широких исследований и комплексного мышления. Журнал позволяет представителям разных областей общаться друг с другом - и со знающими людьми вне дисциплины - по вопросам, представляющим общий интерес, при сохранении высочайших академических стандартов.

Информация об издателе

Американская ассоциация политических наук, основанная в 1903 году, является крупнейшим профессиональным общество для людей, занимающихся изучением политики и управления.APSA объединяет политологов из всех областей исследований, регионов и профессиональные усилия. Хотя большинство членов APSA - это ученые, которые преподают и проводят исследования в колледжах и университетах в США и за рубежом, четверть работы вне академических кругов в правительстве, исследованиях, организациях, консалтинговых фирмах, средства массовой информации и частные предприятия. Для получения дополнительной информации об APSA, его публикации и программы см. на сайте APSA.

Противодействие националистической олигархии: Democracy Journal

С момента выборов 2016 года внешнеполитические комментаторы и практики проводят серию самоанализа, чтобы понять великие преобразования, происходящие в мире, и сформулировать рамки, подходящие для вызовы нашего времени.Некоторые оглядываются назад, утверждая, что либеральный международный порядок рушится, в то время как другие сомневаются, существовал ли он когда-либо. Другая группа, похоже, надеется, что нынешний беспорядок - всего лишь вспышка, и что внешняя политика вернется в нормальное русло после того, как она пройдет. Возможно, наиболее известная группа определила серьезную угрозу сегодняшнего дня как рост авторитаризма, автократии и нелиберальной демократии. Они опасаются, что конституционная демократия отступает, поскольку нормы нарушаются, а институты находятся в осаде.

К сожалению, такой подход неправильно понимает природу нынешнего кризиса. Проблема, с которой мы сталкиваемся сегодня, связана не с авторитаризмом, как многие, кажется, склонны верить, а с националистической олигархией. Эта форма правления подпитывает народ популизмом, предоставляет особые привилегии богатым и имеющим хорошие связи, а также фальсифицирует политику для поддержания своего режима.

Националистическая олигархия - реальная угроза американской демократии. Страны, уже находящиеся в его плену, крадут технологии и используют экономическую мощь в качестве политического рычага.Некоторые из них активно пытаются подорвать демократию с помощью кибератак, хакерских атак и дезинформации в социальных сетях. И они распространяют взяточничество и коррупцию по всему миру, углубляя неравенство и угрожая превратить нашу демократию в олигархию. Американской внешней политике необходимо переориентироваться, чтобы сосредоточить внимание на этой угрозе. В эту новую эпоху центральным организационным принципом внешней политики должна быть защита демократии путем восстановления политической и экономической демократии внутри страны, выборочного отказа от националистических олигархий в важнейших секторах и углубления безопасности и экономического сотрудничества с другими демократиями.

Авторитаризм или что?

Комментаторы и ученые, представляющие весь политический спектр, определили - и предупредили - о глобальном подъеме автократий и авторитарных правительств. Они ссылаются, в частности, на Россию, Венгрию, Филиппины и Турцию. Уважаемые комментаторы все больше беспокоят. Бывший госсекретарь Мадлен Олбрайт недавно опубликовала книгу под названием Фашизм: предупреждение . Касс Санстейн собрал различных ученых для сборника под названием Может ли это случиться здесь? Авторитаризм в Америке .

Авторитарная линза знакома по героическому повествованию о победе демократии над автократией в двадцатом веке. Но как рамки для понимания центральных геополитических проблем сегодняшнего дня они слишком узки. В основном это связано с тем, что те, кого беспокоит рост авторитаризма и кризис демократии, недостаточно сосредоточены на экономике. Их упор делается почти исключительно на политику и конституцию - свободу слова, избирательные права, равное обращение с меньшинствами, независимые суды и тому подобное.Но политика и экономика не могут быть отделены друг от друга, а также не автономны от социальных и культурных факторов. Государственные деятели и философы называли это «политической экономией». Политическая экономия рассматривает экономические и политические отношения согласованно и внимательно следит за тем, как осуществляется власть. Если будущее за авторитаризмом, должна быть история его политической экономии - того, как он использует политику и экономику для получения и удержания власти. Однако теоретики подъема авторитаризма не могут сказать об этой динамике.

Безусловно, многие комментаторы обсуждали популистские движения по всей Европе и Америке, и не было недостатка в дебатах о том, в какой степени поколение увеличивающегося экономического неравенства способствовало их росту. Но какими бы ни были причины народного недовольства, политические предпочтения людей и раздутая риторика лидеров, правительства, вышедшие из нового популистского периода, на сегодняшний день фактически не проводят экономически популистскую политику.

Лучший и более полезный способ рассматривать эти режимы - и угрозу демократии, возникающую из-за них дома и за рубежом - это националистические олигархии. Олигархия означает правление небольшого числа богатых людей. В олигархии богатые элиты стремятся сохранить и приумножить свое богатство и власть. В своей исчерпывающей книге под названием Олигархия Джеффри Уинтерс называет это «защитой богатства». Элиты занимаются «защитой собственности», защищая то, что у них уже есть, и «защитой доходов», сохраняя и расширяя свою способность копить больше.Важно отметить, что олигархия как стратегия управления учитывает как политику, так и экономику. Олигархи используют экономическую власть для получения и удержания политической власти и, в свою очередь, используют политику для расширения своей экономической мощи.

Те, кто беспокоится о росте авторитаризма и опасаются кризиса демократии, недостаточно сосредоточены на экономике.

Проблема олигархов в том, что их режим предполагает правление небольшого числа богатых элит. Даже в номинально демократическом обществе, а сегодня большинство стран мира таковы, для гораздо большего большинства должна быть возможность свергнуть олигархию либо бюллетенями, либо пулей.Итак, как может сохраняться олигархия? Здесь вступают в игру и национализм, и авторитаризм. Олигархии остаются у власти с помощью двух стратегий: во-первых, используя тактику «разделяй и властвуй», чтобы гарантировать, что большинство не объединяется, и, во-вторых, путем фальсификации политической системы, чтобы любому возникающему большинству было сложнее их свергнуть.

Стратегия «разделяй и властвуй» - старая стратегия, и она работает за счет комбинации принуждения и кооптации. Национализм - государственнический, этнический, религиозный или расовый - выполняет обе функции.Он объединяет часть простых людей с правящей олигархией, мобилизуя их на поддержку режима и жертву ради него. В то же время он разделяет общество, гарантируя, что вдохновленные национализмом люди не объединят силы со всеми остальными для свержения олигархов. Таким образом, мы наблюдаем рост страха перед меньшинствами и иммигрантами и заявления о том, что страна принадлежит только ее «истинным» людям, которых представляют лидеры. Активация этой эмоциональной, культурной и политической идентичности затрудняет объединение граждан страны, преодолевая эти разногласия, и бросает вызов режиму.

Оснащение системы в некотором смысле более очевидная тактика. Это означает изменение юридических правил игры или формирование политического рынка для сохранения власти. Примерами могут служить ограничения и подавление голосования, подтасовка и манипулирование СМИ. Общая идея состоит в том, что они изолируют меньшинство у власти от демократии; они не дают населению выгнать правителей обычными политическими средствами. Подобные тактики не новы. Они существовали, как показывает Мэтью Симонтон в своей книге « Классическая греческая олигархия », по крайней мере, со времен Перикла и Платона.Следствием этого является то, что националистические олигархии могут продолжать проводить экономическую политику в интересах богатых и имеющих хорошие связи.

Стоит отметить, что даже поколение, которое вело войну против фашизма в Европе, понимало, что вызов демократии в их время был не только политическим, но и экономическим и социальным. Они считали, что рост нацизма был связан с концентрацией экономической власти в Германии, и что картели и монополии не только сотрудничали с нацистским государством и служили ему, но и способствовали его возникновению, а затем поддерживали его.Как сказал нью-йоркский конгрессмен Эмануэль Селлер, один из авторов Закона о запрете слияний и поглощений 1950 года, цитируя отчет, подготовленный военным министром Кеннетом Рояллом, «Германия при нацистской системе создала огромную серию промышленных монополий в сталь, резина, уголь и другие материалы. Монополии вскоре получили контроль над Германией, привели Гитлера к власти и вынудили практически весь мир к войне ». После Второй мировой войны эксперты плана Маршалла не только перестроили Европу, но и экспортировали агрессивные американские антимонопольные законы и законы о конкуренции на континент, поскольку считали, что политическая демократия невозможна без экономической демократии.

Обрамление сегодняшней угрозы как националистической олигархии не только проясняет проблему, но также дает понять, чем демократия отличается - и чего требует демократия. Демократия - это больше, чем выборы, независимая судебная система, свободная пресса и различные конституционные нормы. Для сохранения демократии необходимо также относительное экономическое равенство. Если в обществе существует глубокое экономическое неравенство, богатые будут доминировать в политике и превратить демократию в олигархию. И должна быть определенная степень социальной солидарности, потому что, как выразился Линкольн, «дом, разделенный сам по себе, не может устоять.”

Мы видим ряд тревожных признаков того, что Соединенные Штаты распадаются по этим параметрам. Проигравшие на выборах в таких местах, как Северная Каролина, скорее стремятся укрепить свою власть, чем смириться с поражением. Мнение о том, что деньги - это речь в соответствии с Первой поправкой, дало возможность богатым людям и корпорациям тратить столько, сколько они хотят, чтобы влиять на политику. «Обреченная петля олигархии», как назвал ее Эзра Кляйн, является очевидным следствием: богатые используют свои деньги, чтобы влиять на политику, и фальсифицировать политику, чтобы увеличить свое богатство, что, в свою очередь, увеличивает их способность влиять на политику.Между тем, мы все больше разделяемся на анклавы единомышленников, и в результате мы получаем еще более токсичную степень пристрастия.

Решение наших внутренних экономических и социальных кризисов имеет решающее значение для защиты демократии, и большая стратегия будущего Америки должна включать как внутреннюю, так и внешнюю политику. Но в то время как многие признали, что возрождение среднего класса Америки и перестройка нашей социальной ткани необходимы для спасения демократии, меньше внимания уделялось тому, как реформировать американскую внешнюю политику, чтобы защитить демократию от угрозы националистической олигархии.

Разновидности националистической олигархии

Подобно тому, как существует множество разновидностей либеральной демократии - шведская модель, французская модель, американская модель - существует множество разновидностей националистической олигархии. В каждой стране история своя, но элементы националистической олигархии проявляются во всем мире.

Пожалуй, наиболее очевидным примером является Россия Владимира Путина. Идея о том, что путинская Россия имеет авторитарные тенденции, является общепринятой. Например, Конституция России позволяет президенту занимать должность не более двух подряд сроков.Путин покорно следовал конституционным положениям, отбыв два четырехлетних срока в качестве президента, с 2000 по 2008 год, прежде чем передать этот пост своему союзнику Дмитрию Медведеву и занять пост премьер-министра. Тем не менее, в течение единственного четырехлетнего срока Медведева правительство внесло поправку в конституцию, продлевающую президентский срок до шести лет. Поправка прошла через Думу и Совет Федерации менее чем за два месяца. Затем Путин снова занял пост президента в 2012 году и был переизбран в 2018 году.Когда его срок истечет в 2024 году, он будет управлять Россией практически четверть века. Со временем правительство Путина также приняло новые законы, которые «ужесточили наказания за участие в несанкционированных акциях протеста, расширили определение государственной измены [и] потребовали, чтобы НПО, получающие иностранные деньги… регистрировались как« иностранные агенты »». участники группы Pussy Riot, пожалуй, самые известные примеры антилиберализма в России.

Но если сосредоточиться исключительно на этих политических изменениях, упускается из виду тот факт, что российская политика также переплетается с экономикой.Как пишет Брайан Тейлор в своей книге Кодекс путинизма , «Путин является одновременно президентом формальной политической системы и боссом неформальной сетевой системы кланов». Путиномика сочетает в себе государственный капитализм, рыночный капитализм и неформальные сети друзей. У истоков этой системы были печально известные приватизационные кампании 1990-х годов, в ходе которых крупные государственные предприятия советской эпохи были «проданы» олигархам по очень «выгодным ценам». Тейлор утверждает, что Путин понимал, что ему нужно контролировать этих новых олигархов, а не позволять им создавать независимые центры силы.Поэтому он вытеснил из страны медиа-магнатов Бориса Березовского и Владимира Гусинского, вынудив их в конечном итоге продать свои медиахолдинги. На их месте и у руля практически всех крупных компаний страны теперь стоят союзники Путина. Возьмем, к примеру, Банк России, центральными фигурами которого являются физик, дантист, бывший агент КГБ и инженер-электрик. Их объединяет то, что все они были близки с Путиным в начале 1990-х годов. Тейлор отмечает, что «премьер-министр, глава администрации президента, секретарь Совета безопасности, спикеры двух палат парламента и главы трех важнейших компаний в экономике -« Газпрома »,« Роснефти »и« Российских железных дорог »- как а также другие ключевые экономические субъекты, такие как оборонно-промышленный конгломерат «Ростех» и медиагигант «Национальная медиа-группа», - все они друзья Путина.Результатом этой системы является то, что российские корпорации действительно связаны с государством.

«Фидес» получила 52 процента голосов избирателей, но две трети мест в парламенте. «Нам нужно выиграть только один раз, - сказал Орбан, - но потом как следует».

В качестве другого примера рассмотрим Венгрию Виктора Орбана. В 2010 году партия Орбана «Фидес» получила чуть более 50 процентов голосов избирателей, но большинство в две трети мест в парламенте. Задолго до вступления в должность Орбан прокомментировал: «Нам нужно выиграть только один раз, но потом как следует.«Придя к власти, Fidesz использовала свою власть, чтобы сохранить ее. В 2012 году «Фидес» использовала ускоренные процедуры для разработки и принятия новой конституции за два месяца и всего за девять дней рассмотрения в парламенте. Среди прочего, новая конституция расширила размер конституционного суда (так что Fidesz могла получить большинство) и продлила срок полномочий судей. Фидес также расширила электорат на этнических венгров, проживающих за границей (с другими правилами голосования для жителей соседних с Венгрией стран по сравнению с эмигрантами далеко), участвовала в мошенничестве, сократила количество членов парламента и отменила двухтуровую систему. голосования - все это помогло его партии остаться у власти.В результате выборы 2014 года, по словам одного наблюдателя, были «свободными, но несправедливыми».

В то же время, по словам Балинта Мадьяра, бывшего министра образования Венгрии, премьер-министр создал «приватизированную форму паразитического государства, хозяйственное предприятие, управляемое семьей Крестного отца, используя политические и общественные инструменты власти. . » Пол Лендваи, бывший корреспондент Financial Times и автор книги об Орбане, сообщает, что сторонникам выдаются в аренду государственные земли и лицензии для национальных табачных магазинов.Правительство использовало экспортно-импортный банк (предназначенный для помощи предприятиям, экспортирующим товары) для поддержки отечественной медиакомпании, которая поддерживает правительство и атакует его критиков. Друзья и семья Орбана также получают выгоду. Например, друг детства Орбана, Лоринк Месарош, за несколько лет прошел путь от газового слесаря ​​до пятого в списке богатейших жителей Венгрии - все потому, что он выиграл ряд государственных строительных контрактов. Что еще хуже, Европейский союз финансирует олигархию Венгрии, поскольку Орбан использует деньги ЕС для финансирования около 60 процентов государственных проектов, которые поддерживают «новую бизнес-элиту, связанную с Фидес».«Орбан и его союзники также не слишком много делают для того, чтобы скрыть клановую капиталистическую модель страны. Андраш Ланци, президент аналитического центра, связанного с Fidesz, смело заявил, что «если что-то делается в национальных интересах, то это не коррупция». «Новый капиталистический правящий класс, - комментирует один венгерский банкир, - зарабатывает деньги на правительстве».

Комментатор Ян-Вернер Мюллер так описывает Венгрию Орбана: «Власть обеспечивается за счет всестороннего контроля над судебной системой и СМИ; За долгими разговорами о защите семей, находящихся в тяжелом положении, от транснациональных корпораций стоит клановый капитализм, в котором нужно быть на правильной политической стороне, чтобы продвинуться в экономическом плане.”

Клановый капитализм в сочетании с возрождающимся национализмом и контролем центрального правительства также является проблемой для Китая. Хотя некоторые комментаторы подчеркивают «государственный капитализм» - когда правительство имеет значительную долю владения в компаниях - это явление не следует путать с клановым капитализмом. Некоторые страны с государственным капитализмом, такие как Норвегия, широко рассматриваются как крайне некоррумпированные и, действительно, часто рассматриваются как образцы демократии. Таким образом, сам по себе государственный капитализм не обязательно является проблемой.Напротив, клановый капитализм - это «инструментальный союз между капиталистами и политиками, призванный позволить первым приобретать богатство легально или иным образом, а вторым - стремиться к власти и удерживать ее». В этом ключевое отличие госкапитализма от олигархии.

Минсинь Пей, американский эксперт по Китаю, утверждает, что неолиберальные реформы эпохи Дэн Сяопина являются корнем растущей проблемы страны с коррупцией и олигархией. Как и бывшие государства Советского Союза, Китай в 1990-х годах участвовал в приватизации и децентрализации.Но в Китае приватизация - особенно прибыльных государственных активов, таких как добыча полезных ископаемых и земли - часто распространялась только на права пользования, а не на полные права собственности. В сочетании с децентрализацией административной власти на более низкие уровни управления стала очевидной возможность сговора: должностные лица местных органов власти имели право предоставлять частным субъектам права пользования землей, а частные субъекты, в свою очередь, заставляли чиновников предоставлять им право контракты. Результатом стала повсеместная коррупция.Рассмотрим пример Чжоу Юнкана, который входил в Постоянный комитет Политбюро (один из самых влиятельных органов в Китае) и был приговорен к пожизненному заключению за коррупцию в 2015 году. Во время вынесения приговора Чжоу Юнкану суд постановил, что его жена и сын забрали 129 млн. юаней в виде взяток, а семья получила 2,1 млрд. юаней незаконных доходов. Это не единичный инцидент. В 2012 году газета «Нью-Йорк Таймс» стала сенсационной историей, согласно которой семья премьер-министра Вэнь Цзябао накопила 2 доллара.7 миллиардов во время его восхождения по служебной лестнице. Коррупция в Китае настолько значительна, что даже президент Си Цзиньпин осудил ее и сделал борьбу с коррупцией центральной частью своей повестки дня. Но остается неясным, являются ли эти усилия по борьбе с коррупцией добросовестными попытками добиться общественной честности или маневрами, направленными на укрепление и расширение власти Си.

Действительно, китайское правительство также отреагировало на реалии олигархической экономики, продвигая больший национализм и централизацию.Правительство недавно определило «семь нет», включая универсальные ценности, свободную прессу, гражданское общество и независимую судебную систему. Между тем, Си получает все больший контроль, и правительство отменило ограничения на третий срок пребывания в должности.

Россия, Венгрия и Китай представляют три разные и заметные траектории националистической олигархической тенденции, но это не единственные случаи. После неудавшейся попытки государственного переворота в 2016 году президент Турции провел широкомасштабные чистки в правительстве, репрессии против оппонентов и конституционные реформы для централизации и усиления своей власти, при этом делая упор на религиозном национализме.Правые националистические партии также растут в других странах Европы, Азии и Латинской Америки.

Как показывают эти примеры, националистическая олигархия все чаще становится соперником и угрозой демократии. Американская внешняя политика должна соответственно адаптироваться. Хотя у всех этих стран разная внешняя политика - Китай - растущая держава, которая мало заинтересована в разжигании хаоса, Россия стремится заявить о себе и извлечь выгоду из разрушения демократии - националистическим олигархам нужен постоянный рацион из экономических ресурсов, чтобы расплачиваться со своими клиентами.Поскольку каждая внутренняя экономика имеет пределы, националистические олигархии ищут за границей брокерские сделки с зарубежными странами, получение влияния на иностранные компании и кражу иностранных технологий. Если довести до предела, подумайте об этом как о внешнеполитической схеме Понци. Чтобы сохранить власть, вам нужно продолжать накапливать все больше и больше богатства, чтобы подкупить своих сторонников. Внешняя политика агрессивного экономического влияния, заключения сделок и воровства поддерживает режим. В сочетании с технологиями - хакерскими атаками, кибервойнами и кампаниями по дезинформации в социальных сетях - нынешняя проблема более скрытна, чем военная угроза во время холодной войны.Вместо того чтобы добиваться власти силой, националистические олигархии могли бы разрушить демократию с помощью коррупции и мошенничества.

Рост обратной запутанности

На протяжении десятилетий американские руководители внешней политики считали, что включение и вовлечение зарубежных стран - даже автократий - в международные институты неизбежно приведет их к либерализации своей политической системы и экономики. Таким образом, Вашингтонский консенсус, шоковая терапия и усилия по демократизации в 1990-е и 2000-е гг. Частично основывались на взгляде на то, что реформы приведут к стабильной либеральной демократии.Международные институты, такие как МВФ, продвигали неолиберальную экономическую политику, основанную на этой теории, и этот подход частично мотивировал расширение доступа к Всемирной торговой организации (ВТО). Пожалуй, ни в одной области такой подход не был более верным, чем наша политика по отношению к Китаю.

Однако эта стратегия страдала тремя проблемами. Во-первых, это оказалось неправильным. Все хорошее - экономическая открытость, политическая демократия и права человека - не всегда идут рука об руку, и международное участие не обязательно меняет характер национального правительства.«Дипломатическое и коммерческое взаимодействие не привело к политической и экономической открытости», - пишут Курт Кэмпбелл и Эли Ратнер в своем важном анализе политики в Азии. «Либеральный международный порядок не смог соблазнить или связать Китай так сильно, как ожидалось».

Вторая проблема этой теории состоит в том, что все международные институты не обязательно подходят для демократии. Если международные институты плохо спроектированы или проводят политику, подрывающую экономическое равенство, социальную солидарность и политическую гибкость, они могут способствовать краху демократии внутри страны.Действительно, есть хороший пример того, что некоторые международные экономические институты, особенно МВФ, оказали именно такой эффект. Продвигая неолиберальную политику, которая требовала от стран либерализации, приватизации, дерегулирования и введения жестких мер экономии, МВФ привел некоторые из этих стран к будущему с экономическими кризисами, ростом неравенства и последующей негативной реакцией на демократию, свидетелями которой мы являемся сегодня. Расширение ВТО за счет включения Китая в чем-то похоже; Теперь экономисты показали, что его включение привело к «китайскому шоку», который непропорционально сильно повлиял на экономику некоторых американских сообществ.Даже десять лет спустя эти сообщества не оправились и не адаптировались.

Наконец, что, пожалуй, наиболее удивительно, «теория запутанности», возможно, вернула это назад. Теория запутанности утверждала, что если националистические олигархии войдут в либеральный международный порядок, они со временем либерализуются. Вместо этого кажется, что, хотя затраты на присоединение к либеральному международному порядку были для этих стран незначительными, выгоды были значительными. Китаю, например, не нужно было либерализовать свою политику или экономику.Но, присоединившись к международному экономическому порядку, Китай смог выйти на новые страны и рынки в значительных масштабах. В процессе этого экономика Китая настолько переплелась с американской, что некоторые комментаторы назвали их экономически «Химерикой», как если бы это было существо, воскресшее из греческой мифологии.

Хотя экономисты провозглашают интеграцию в таком масштабе из-за повышения эффективности, интеграция также несет с собой серьезную опасность. Националистические олигархии не интересуются эффективностью или экономической теорией.Их центральная, определяющая черта - это слияние экономической и политической власти. Это означает, что интеграция открывает экономические каналы, через которые государство может обладать политической властью и использовать рычаги воздействия.

Например, чтобы наказать Норвегию за присуждение Нобелевской премии мира диссиденту Лю Сяобо, китайское правительство запретило импорт лосося в 2010 году. Китай также предотвратил импорт филиппинских бананов в 2012 году, чтобы оказать давление на это правительство во время не связанного с этим спора. Помимо чисто экономических проблем, тесная интеграция может вызвать проблемы с безопасностью.Согласно отчету Bloomberg News , который компании отрицали, китайские производители тайно размещали микрочипы на материнских платах, предназначенных для американского рынка, создавая при этом бэкдор в сетях, использующих эти чипы. Более частая жалоба заключается в том, что американские компании, работающие в Китае, вынуждены передавать коммерческие секреты и технологии и вступать в партнерские отношения с китайскими компаниями, чтобы получить доступ на свой рынок. Это выгодно не только китайским компаниям, но и правительству Китая, поскольку эти партнерские компании могут быть государственными предприятиями или предприятиями, поддерживаемыми государством.Назовите это обратной запутанностью: в то время как либеральные демократии пытались запутать китайцев посредством экономической интеграции, они сами оказались в ловушке.

Обеспечение безопасности международного сотрудничества для демократии

Реагирование на реальность обратной запутанности требует трех стратегий. Первый - это то, что я называю «выборочным распутыванием». Выборочное разделение означает отделение американской экономики от китайских корпораций, инвестиций и китайской экономики в секторах, которые имеют решающее значение для национальной безопасности.В краткосрочной перспективе выборочное разобщение потребует от Комитета по иностранным инвестициям в Соединенных Штатах, который может заблокировать иностранные компании от приобретения в стране, действовать гораздо более агрессивно в отношениях с националистическими олигархиями. Это также потребует от США принятия строгих, возможно, даже драконовских политик для защиты от легальной и незаконной передачи технологий и кражи интеллектуальной собственности. Корпорации, отказывающиеся от важных технологий, особенно если они финансируются через U.С. правительственные субсидии расширяют возможности не только компаний в националистических олигархиях, но и самих государств.

Кроме того, США должны подтолкнуть наших союзников к проведению аналогичной политики. Бывший посол в России Майкл Макфол, например, утверждал, что Германия должна отказаться от своих планов по строительству газопровода с Россией. Новый трубопровод увеличит зависимость Германии от России в плане удовлетворения критических потребностей в энергии, создав как военную, так и экономическую угрозу.Другим демократиям также необходимо гораздо внимательнее относиться к попыткам России скрыть богатство на Западе и к российским государственным предприятиям, которые стремятся покупать компании, технологии и даже собственность за рубежом. В самом деле, Макфол утверждает, что Соединенные Штаты и Европа должны ввести санкции в отношении «государственных и предположительно частных компаний», когда эти компании используются для достижения внешнеполитических целей.

Экономическая открытость, политическая демократия и права человека не всегда идут рука об руку, и участие не может изменить характер правительства.

Вторая стратегия - диверсификация экономических партнеров. По состоянию на 2017 год Китай был не только крупнейшим торговым партнером США в мире по товарам, но и крупнейшим поставщиком импортных товаров. Он также является крупнейшим держателем государственного долга США. Как мы видели, зависимость от националистических олигархий может быть уязвимостью, поскольку экономическая власть может использоваться в политических целях. Вот почему, несмотря на их страхи перед торговыми соглашениями, для прогрессистов важно поддерживать международное экономическое сотрудничество с демократическими союзниками.Но диверсификация должна осуществляться таким образом, чтобы одновременно расширять связи за рубежом, предотвращая неравенство и концентрацию экономической власти внутри страны. У себя дома неравенство угрожает демократии, поскольку частные лица или организации могут захватить власть, что со временем приведет к олигархии.

Таким образом, международное участие должно быть сосредоточено столько же - если не больше - на восстановлении профсоюзов, обеспечении соблюдения антимонопольного законодательства, закрытии налоговых убежищ, обеспечении прозрачности и ограничении возможности денег влиять на политику, как и на снижении торговых барьеров.Без такой политики стремление к международной экономической мощи - и построение международных экономических институтов и соглашений - может косвенно подорвать демократию. Это одна из причин, почему предложенное Транстихоокеанское партнерство (ТТП) было таким проблематичным. Хотя многие из его сторонников оправдывали сделку стратегическими соображениями, близкими к предлагаемым здесь, суть соглашения не была сосредоточена на устранении серьезных угроз экономической демократии внутри страны - и, возможно, усугубила некоторые из них.Например, одним из источников нашего нынешнего века постоянно растущих монополий является «стандарт благосостояния потребителей», слабый подход к обеспечению соблюдения антимонопольного законодательства, который не является частью существующего статутного права и который сейчас яростно оспаривается экспертами по антимонопольному законодательству. Однако антимонопольные положения ТТП придерживаются такого подхода, что затрудняет борьбу с монополиями и способствует экономической конкуренции. Международные соглашения, такие как TPP, и международные институты в более широком смысле не должны включать политику, подрывающую усилия по продвижению экономической демократии внутри страны.Такие действия не укрепляют американскую национальную безопасность.

Третья стратегия - развитие. Демократии должны иметь последовательную политику развития - внутреннюю политику, направленную на поддержку и укрепление инноваций и промышленности. Это означает массовые инвестиции в исследования и разработки и активную инновационную политику, которая обеспечивает развитие определенных отраслей в границах страны, особенно тех, которые относятся к передовым технологиям. Развитие повышает устойчивость к экономическим угрозам.Но его нельзя реализовать с помощью политики, ориентированной на поддержку национальных «чемпионов» - ведущих мегакорпораций страны. Поскольку демократия требует внутреннего рассредоточения экономической власти, то же самое должно быть и с ее стратегией развития.

Союзники демократии

Совместные демократии станут сильнее перед лицом националистических олигархий. Союзы помогают нам защитить нашу демократию от внутренних и внешних угроз. Рассмотрим НАТО. С момента своего основания НАТО основывалась на двух предпосылках.Первое - это сохранение безопасности и стабильности в Европе. В классической формулировке лорда Исмэя после двух мировых войн, которые начались в Европе, целью НАТО было «не допустить Советского Союза, американцев внутри и немцев». Во-вторых, НАТО была создана исходя из того, что ее страны-члены разделяют либерально-демократические идеи и практику. В эпоху после «холодной войны» первая посылка потеряла большую часть своей силы, что привело к бесконечным дискуссиям о том, актуальна ли НАТО по-прежнему. Вторая посылка, возможно, неудивительно, учитывая неолиберальный характер эпохи, была направлена ​​на продвижение тонкого понятия электоральной демократии в сочетании с неолиберальной рыночной экономикой для стран бывшего советского блока.

Но оптимистическая политика, последовавшая за концом истории, больше не рекомендуется, если она когда-либо была. Со временем выяснились три серьезные проблемы. Первое, как утверждала Селеста Уолландер, заключается в том, что «нет цены за нарушение либерально-демократических стандартов НАТО, и некоторые слабые звенья действительно отступают». Такие страны, как Венгрия и Турция, больше не являются крепкими либеральными демократиями, и их связи с Россией, в частности, могут затруднить НАТО защиту демократических основ других ее членов.Вторая проблема заключается в том, что НАТО видение либеральной демократии стало относительно слабым. С целью продвижения демократии и расширения капитализма страны могут быть допущены к проведению демократических реформ в отношении выборов и политических изменений, без учета степени экономического равенства. Третья проблема - изменился характер угрозы со стороны России. Во время холодной войны угроза Советского Союза Европе в основном понималась как военная угроза, включая риск вторжения.Сегодня российская угроза демократии «проявляется через призрачные финансовые потоки, коррупционные отношения, взятки, откаты и шантаж». В этой системе кумовство и коррупция - это не ошибка, а центральная черта модели.

Сегодня главной целью наших союзов должна быть защита демократии. Мы должны признать реальную угрозу демократии, исходящую от взлома, уязвимости на выборах, дезинформации в социальных сетях и других форм электронной и кибервойны.Это области, в которых демократические страны могут помогать друг другу, делясь разведданными и извлекая уроки из попыток атак на Западе. Например, страны НАТО, которые хотят выполнить свои обязательства по расходам в размере 2 процентов ВВП, как недипломатично просил их президент Трамп, должны иметь возможность инвестировать в кибербезопасность при условии, что выгоды можно разделить. Наши союзы также могут сделать больше для предотвращения роста националистических олигархов внутри страны и разлагающего влияния финансовых потоков на международном уровне.Международные институты, от Организации экономического сотрудничества и развития до Европейского союза и НАТО, должны работать вместе для распространения данных и информации и координации политики, которая помогает бороться с внутренней и международной коррупцией.

Самым смелым предложением могло бы стать создание нового союза демократий, к чему когда-то призывал Джон Маккейн. Как путь вперед для защиты демократии, эта идея имеет свои достоинства, особенно если администрации Трампа удастся ослабить альянс НАТО до точки невозврата.Но для того, чтобы это сработало, его цели должны значительно отличаться от целей его первоначальных промоутеров.

Сторонники такого альянса пришли к идее после интервенции в Ираке в 2003 году. В основном они реагировали на неспособность Совета Безопасности Организации Объединенных Наций вмешиваться в различные конфликты и гуманитарные кризисы с достаточной поспешностью и вниманием. (И эти защитники, как правило, были сторонниками войны в Ираке.) Хотя сторонники утверждали, что объединение демократий будет сотрудничать по широкому кругу вопросов, представляющих общий интерес, они также полагали, что этот новый альянс сможет более активно участвовать в иностранном вмешательстве. легче, чем в ООН.И военные и гуманитарные интервенции альянса, не являющиеся проявлением власти западными элитными демократиями, будут рассматриваться как более законные, поскольку в альянс будет входить более 60 стран. Как писал Джеймс Линдси в 2009 году, «Концерт демократий» «будет состоять из разнообразной группы стран со всего мира - малых и больших, богатых и бедных, Севера и Юга, сильных и слабых». Некоторые другие, такие как Энн-Мари Слотер и Джон Икенберри, рассматривали альянс демократий как обновление архитектуры международной системы к новой эпохе и надеялись, что альянс сформирует блок, который сможет продвигать реформу традиционных международных институтов, таких как ООН, Всемирный банк и МВФ.Противники идеи в первую очередь опасались, что альянс вызовет негативную реакцию. Китай, Россия и другие недемократические страны будут рассматривать альянс как угрозу, ведущую к нисходящей спирали недоверия, которая потенциально может закончиться конфликтом.

Сегодня аргументы в пользу союза демократий сильнее, чем это было в постиракском контексте, но по другим причинам. К настоящему времени всем ясно, что мы никогда не были в конце истории и что у Соединенных Штатов и других демократических стран никогда не было времени, денег и военной мощи, чтобы тратить их на заграничные приключения.Даже те, кто думал, что мы могли оказаться в этом месте, теперь осознают, что глобальный контекст изменился. Сегодня основная цель союза демократий не состояла бы в вмешательстве и продвижении демократии. Это не было бы оскорблением. Это было бы оборонительно. Это было бы для поддержания демократии внутри каждой из небольшого числа стран-членов.

Сегодня альянс также сосредоточился бы на углублении экономического сотрудничества, чтобы создать коллективную экономическую мощь против националистических олигархий.Первоначальные сторонники союза демократий выступали за «устранение тарифов и других торговых барьеров между странами-членами». Но, как показывают избрание Трампа, Brexit и новые данные о «китайском шоке», торговая политика, основанная на либерализации торговых барьеров без учета последствий, разрушительна для экономической демократии и представляет собой угрозу социальной сплоченности. Вместо этого международная экономическая повестка альянса должна заключаться в расширении экономической демократии в странах-членах: обеспечении соблюдения антимонопольных и антимонопольных правил по всему миру, предотвращении налоговых убежищ и упрощении финансовой системы, регулировании технологических платформ, продвижении корпоративной демократии и укреплении власти рабочих.Эти совместные усилия имеют решающее значение, потому что каждая демократия в отдельности уязвима для выгодных предложений от националистических олигархов за рубежом - и от потенциальных олигархов внутри страны. Враги экономической демократии могут настраивать страны друг против друга, создавая гонку ко дну, которая в конечном итоге подрывает саму демократию. Сотрудничество имеет решающее значение для решения этой проблемы.

Если сможешь сохранить

Демократия хрупка. Когда в 1787 году завершился Конституционный съезд, Бена Франклина спросили, какое правительство будет у новой страны.Как известно, он заметил: «республика, если вы можете ее сохранить». Комментарий Франклина важен не только потому, что он указал, что республики - представительные демократии - полагаются на добродетель своих граждан, чтобы выжить. Франклин также неявно противопоставлял республики другим формам правления. Новая нация была не монархией, не диктатурой, не олигархией, а республикой - представительной демократией.

Забегая вперед, вполне возможно, что представительная демократия прекратит свое существование.Но если демократия умрет, маловероятно, что произойдет революция, новая конституция или даже провозглашение нового режима. Признаки демократии останутся, а реальность постепенно исчезнет, ​​и ее заменит националистическая олигархия. Таким образом, защита демократии может стать основой новой великой стратегии Америки - руководящего принципа внешней и национальной политики безопасности в дополнение к внутренней политике. В некоторых случаях это будет означать значительные сдвиги, которые внешнеполитические элиты сочтут нежелательными - например, принятие гораздо более сдержанного подхода, чем последовательная экономическая либерализация.В других случаях такой подход будет созвучен уже начавшимся тенденциям во внешней политике, например крайнему скептицизму по отношению к необязательному военному вмешательству. Это так и должно быть. Внешняя политика прошлого не годится для будущего. Мы не можем войти в одну и ту же реку дважды, и возврата к «нормальности» не будет, как бы мы ни мечтали об этом.

Демократия могла закончиться империализмом, фашизмом или коммунизмом. Но с каждым вызовом демократии адаптировались и переживали эти конкурирующие формы правления.Сегодня величайшая угроза устойчивости демократии - националистическая олигархия как внутри страны, так и за рубежом. Ставки в этом вызове связаны с борьбой за мировую власть и влияние, но также и с самим характером нашей страны. Клановый капитализм и авторитаризм уже угрожают подорвать демократию изнутри. Националистические олигархии за рубежом стремятся к власти, чтобы пересмотреть мировые дела, и к рычагам воздействия, чтобы диктовать внутренние. Если мы не будем действовать, и действовать быстро, наша демократия - наше управление людьми, людьми и для людей - исчезнет с этой Земли.

Помните то исследование, в котором говорилось, что Америка - олигархия? 3 опровержения говорят, что это неправильно.

В 2014 году множество заголовков, казалось, подтвердило то, о чем многие давно подозревали - что богатые на самом деле все контролируют, а остальные из нас, болваны, были только на прогулке:

«Исследование: США - это олигархия, а не демократия»; «Принстонское исследование: США больше не настоящая демократия»; «Исследование: у вас практически нулевое влияние на политику США»; «Исследование: политики слушают богатых, а не вас»; "Правят богатые люди!"

Все эти истории были об исследовании политологов Мартина Гиленса из Принстона и Бенджамина Пейджа из Северо-Запада под скромным названием «Проверка теорий американской политики: элиты, группы интересов и обычные граждане».«

Их вывод был взрывным: «Экономические элиты и организованные группы, представляющие интересы бизнеса, оказывают существенное независимое влияние на политику правительства США, в то время как рядовые граждане и массовые группы интересов имеют незначительное независимое влияние или не имеют его вообще».

Газета вскоре стала вирусной как доказательство того, что Америка является «олигархией» (термин прессы, а не их), где взгляды богатых контролируют происходящее, а взгляды среднего класса игнорируются. Авторы были даже на The Daily Show - неплохо для ученых, не имеющих даже книги для продвижения:

Есть только одна проблема: исследования, опубликованные с тех пор, подняли серьезные вопросы по поводу этой статьи, как по ее результатам, так и по анализу.Конечно, так работает нормальная наука; некоторые ученые высказывают свое мнение, а их коллеги различают его.

Но исследование стало часто используемым доказательством в дебатах о деньгах в политике, а общественные и политические дебаты не поспевают за научными. И последняя научная критика показывает, что, хотя богатые, безусловно, имеют большее политическое влияние, чем средний класс, обычные американцы все же выигрывают значительную долю времени, даже когда богатые противостоят им.

Другими словами, Америка - несовершенная демократия, но вряд ли это олигархия.

Когда богатый и средний класс расходятся во мнениях, каждый выигрывает примерно в половине случаев

Все три опроса по данным Gilens показали, что богатые люди на самом деле больше выступают за государственное финансирование выборов, чем средний класс. Дрю Ангерер / Getty Images

С момента первого выпуска результаты работы Гиленса / Пейджа были подвергнуты трем отдельным опровержениям.Профессор Корнельского университета Питер Эннс, недавний аспирант Принстона Омар Башир и группа из трех исследователей - аспирант Университета штата Вашингтон Дж. Александр Бранхам, профессор Мичиганского университета Стюарт Сорока и профессор Университета штата Калифорния Кристофер Влезин - все взглянули на работы Джиленса и Пейджа. базовые данные и обнаружили, что их анализ не подтверждается.

Gilens and Page использовали базу данных из 1779 вопросов политики, которая включала данные о мнениях американцев со средним уровнем дохода, богатых, представителей деловых кругов и некоммерческих групп, таких как профсоюзы или Национальная стрелковая ассоциация, чтобы определить, чьи мнения больше всего коррелируют. близко с актуальной государственной политикой.

Но исследователи, критикующие статью, обнаружили, что американцы со средним доходом и богатые американцы действительно согласны по подавляющему большинству тем. Из 1779 законопроектов в наборе данных Gilens / Page большинство богатых и среднего класса согласны с 1594; есть 616 законопроектов, против которых выступают обе группы, и 978 законопроектов, за которые выступают обе группы. Это означает, что группы согласовывают 89,6 процента законопроектов.

Остается только 185 законопроектов, по которым богатые и средний класс расходятся во мнениях, и даже в этом случае разногласия незначительны.В среднем разница во мнениях групп по 185 законопроектам составляет 10,9 процентных пункта; так, скажем, 45 процентов среднего класса могут поддержать законопроект, в то время как 55,9 процента богатых поддержат его.

Башир и Бранхам / Сорока / Влезиен обнаружили, что по этим 185 законопроектам богатые получали желаемый результат в 53 процентах случаев, а средний класс - в 47 процентах случаев. Разница между ними не является статистически значимой. И в списке побед среднего класса есть несколько забавных примеров.Например, средний класс получил то, что хотел, от государственного финансирования выборов: во всех трех опросах 1990-х годов, включенных в данные Gilens, они выступали против этого, в то время как богатые поддерживали это. Это согласуется с более поздними исследованиями, показывающими, что богатые люди более склонны к финансированию государственных выборов.

Таким образом, на основании этих данных трудно сказать однозначно, что богатые получают то, что хотят, больше, чем средний класс. И трудно утверждать, как это делают Гиленс и Пейдж, что «обычные граждане получают от правительства то, что они хотят, только тогда, когда они соглашаются с элитами или группами интересов, которые действительно делают ставки."Даже когда они не согласны с элитой, обычные граждане получают то, что хотят, примерно в половине случаев.

Бранхам, Сорока и Влезин также смотрят на то, какие конкретные проблемы вызывают разногласия: придерживаются ли они идеологических позиций? Вроде бы, но не так резко. Авторы находят, что средний класс одержал 26 либеральных политических побед (либо законопроект, который они поддержали, либо тот, который они выступали против блокировки), 20 побед консерваторов и 29 идеологически нейтральных побед. Богатые одержали 28 либеральных, 26 консервативных и 37 нейтральных побед.Выигрыши богатых в среднем немного более консервативны, но не настолько.

Хорошо, но, возможно, все эти консервативные победы для богатых были связаны с проблемами, наиболее важными для богатых. Может быть, средний класс иногда выигрывает по социальным вопросам, но богатым удается предотвратить перераспределение и другую экономическую политику, которая им не нравится.

Опять же, не совсем. Исследователи обнаружили, что процент выигрышей по экономическим вопросам, по которым есть разногласия, составляет 57,1 процента по сравнению с 51 процентом.1 процент по социальным вопросам. Есть разница, но не очень сильная. «Показатели выигрыша для двух типов задач статистически не отличаются друг от друга», - заключают Бранхам, Сорока и Влезиен.

Они также изучили мнение бедных - тех, кто находится на 10-м процентиле шкалы доходов. Здесь тоже много согласия. Бедные, средний класс и богатые согласны с 80,2% политики. Но здесь они находят больше доказательств различий в представленности на основе доходов. Законопроекты, поддержанные только богатыми, но не бедными или средним классом, были приняты 38.В 5% случаев, а те, кого поддерживает только средний класс, превышают 37,5%. Но политика, поддерживаемая бедными и никем другим, не выдерживала всего лишь 18,6 процента времени. «Эти результаты показывают, что богатые и средние эффективны в блокировании политики, которую хотят бедные», - заключают авторы.

«Политика заканчивается там, где она была бы»

Одно место, где богатые проигрывают: они более склонны сокращать социальное обеспечение. Чип Сомодевилла / Getty Images

Бумага Башира еще больше подталкивает данные Гиленса и обнаруживает ряд дыр. Башир заключает, что сильная поддержка со стороны среднего класса примерно так же хорошо предсказывает принятие политики, как и сильная поддержка со стороны богатых. «В исходном наборе данных изменение вступает в силу в 47% случаев, когда американцы со средним уровнем дохода поддерживают его в размере 80% и более», - пишет Башир. «Тем не менее, изменения проводятся в 52 процентах случаев, когда элиты поддерживают их такими темпами.«

И две группы живут примерно так же плохо, когда группы интересов противопоставляются им: «Богатые получают свой благоприятный результат, несмотря на совокупное противодействие [групп интересов и среднего звена] в размере 32%; между тем, благоприятный исход среднестатистического американца происходит в 30% случаев, когда они сталкиваются с комбинированным противодействием со стороны заинтересованных групп и богатых ».

Башир также отмечает, что модель Гиленса и Пейджа очень мало объясняет. Его значение R-квадрата ничтожно 0.074. То есть 7,4% вариации результатов политики определяется взвешенными взглядами богатых, бедных и заинтересованных групп вместе взятых. Таким образом, даже если богатые контролируют большую часть этого (а Башир утверждает, что они этого не делают), абсолютная степень влияния на политику, которая представляет собой, действительно весьма ограничена.

В статье Питера Эннса используется другой подход к анализу разногласий между богатыми и средними классами. Он отмечает, что дело не только в том, что богатые и средний класс во многом согласны; их уровни поддержки различных политик также меняются в тандеме.Если политика A более популярна среди богатых, чем политика B, то она, вероятно, более популярна, чем политика B, и среди среднего класса. Это означает, что политики, которые вы больше всего ожидаете принять, исходя из мнений богатых людей, и политики, которые вы больше всего ожидаете принять, основываясь на мнениях людей среднего класса. Таким образом, фактические результаты политики, которые вы прогнозируете на основе модели, в которой только богатство, не сильно отличаются от тех, которые вы прогнозируете на основе модели, в которой имеет значение только средний класс.

«Даже когда политические предпочтения разных групп различаются ... политика заканчивается там, где она была бы, если бы те, кто находится в середине, получили такое же представление, как и богатые», - заключает Эннс. «Эти выводы справедливы, когда мы рассматриваем только политику экономического и социального обеспечения и когда мы включаем предпочтения организованных групп интересов в статистическую модель».

Защита Гиленса и Пейджа на самом деле не спасает от аргумента

Я связался с Гиленсом и Пейджем, чтобы узнать, что они думают о появляющейся критике их работы, и в частности той, которая включена в статьи Башира и Бранхама / Сороки / Влезина.

Гиленс сделал четыре основных замечания. Во-первых, определение «богатый» здесь находится «на 90-м процентиле распределения доходов». Домохозяйства с 90-м процентилем в настоящее время зарабатывают 160 000 долларов в год. Они, конечно, богатые, но не super . Непрактично использовать опросы для измерения мнений сверхбогатых (миллионеров, миллиардеров), но Гиленс утверждает, что их мнения резко расходятся с мнениями среднего класса. Это может быть так, но это несколько ортогонально утверждениям о влиянии 90-го процентиля, сделанным в исходной статье Гиленса / Пейджа.

Во-вторых, он настаивает на том, что проблемы, в которых богатые побеждают, несмотря на оппозицию среднего класса, являются важными, касающимися перераспределения и экономической политики. Но Бранхам, Сорока и Влезин обнаружили, что процент выигрышей для богатых существенно не различается между экономическими и социальными проблемами.

В-третьих, он пишет, что даже при том, что средний класс и богатые согласны по большинству вещей, «политическая система, которая отвечает предпочтениям обычных граждан, глубоко отличается от той, в которой обычные граждане добиваются своего, только когда они соглашаются с предпочтения обеспеченных людей.«Это справедливо, но, опять же, средний гражданин выигрывает не , а только , когда они согласны с состоятельными людьми. Когда они не согласны, они в любом случае выигрывают примерно в половине случаев.

Наконец, Гиленс утверждает, что использование «процентных ставок» Бранхамом, Сорокой и Влезиеном вводит в заблуждение. Заостряя внимание на том, поддерживает ли политику большинство в каждой группе, они игнорируют градации на уровне поддержки . Он также не согласен с тем, что они объединяют победы, которые состояли из прохождения политики , а не прохождения - довольно распространенное явление в системе с сильным предубеждением статус-кво, например, в американской политике, - с победами, которые состояли из прохождения политики, что было гораздо более редким событием:

Когда богатые (но не средний класс) выступают за политику, она принимается в 37% случаев; когда средний класс (но не богатые) поддерживает политику, она принимается в 26% случаев.И наоборот, когда богатые (но не средний класс) выступают против политики, политика терпит неудачу в 74 процентах случаев, а когда средний класс (но не богатые) выступает против политики, политика терпит неудачу в 63 процентах случаев. «

Другими словами, крошечный разрыв в процентных ставках становится несколько больше, если вы немного его уменьшите. Бранхам, Сорока и Влезин говорят, что эта критика упускает из виду. «В то время как богатые добиваются немного большего успеха, если явно учитывать статус-кво, богатые по-прежнему не доминируют в середине», - отмечают они.Средний класс по-прежнему получает свою предпочтительную политику в 26% случаев, даже когда богатые выступают против. Картина, нарисованная Гиленсом и Пейджем о мире, в котором мнения среднего класса буквально ничего не значат, не выдерживает критики.

«Наш аргумент не в том, что американская демократия идеальна», - говорят они в подготовленном ответе Гиленсу. «Наша газета отвечает на конкретное заявление Гиленса и Пейджа, а именно, что, когда большинство граждан не согласны с экономическими элитами или с организованными интересами, они обычно проигрывают.«Это утверждение, по их мнению, сильно преувеличено.

Насколько действительно важно представление?

Высокая репрезентативность американского правительства. Стивен Джаффе / AFP / Getty Images

Неявный аргумент, лежащий в основе статьи Гиленса / Пейджа и книги Гиленса Изобилие и влияние , состоит в том, что в условиях демократии должно быть сильное соответствие между результатами политики и мнениями американского среднего класса - или, по крайней мере, , между результатами политики и взглядами американской общественности в целом.

Это может показаться интуитивно понятным. В условиях демократии, если 80 процентов людей хотят всеобщего медицинского обслуживания, не должно ли быть всеобщего медицинского обслуживания? Но это утверждение основывается на довольно буквальном и неправдоподобном определении демократии. Как однажды выразился Мэтт Иглесиас из Vox: «Идея о том, что цель демократии состоит в достижении законодательных результатов, которые поддерживаются широкими исследованиями, кажется почти соломенным человеком, придуманным монархистом XVIII века».

Подумайте об этом.Большинство американцев не очень вовлечены в политику - и большинство не хотят, чтобы занимались политикой, предпочитая, чтобы профессиональные политики принимали решения за них, пока экономика остается на правильном пути. Каковы шансы, что у них сформировалось устойчивое, прочное мнение по десяткам весьма конкретных вопросов политики?

Например, набор данных Gilens включает опрос 1986 года о создании инвестиционной налоговой льготы для корпораций, опрос 2002 года, в котором спрашивалось, достаточно ли федеральное правительство тратит на исследования и лечение ВИЧ / СПИДа, опрос 1997 года, в котором спрашивали, должны ли торговые соглашения заключаться. при условии простого голосования "за" или "против" и опроса 1991 г. о том, следует ли разрешать небанковским корпорациям, таким как GE, владеть банками.

Это все довольно технические моменты, для понимания которых требуется приличный объем базовых знаний, не говоря уже о выработке последовательного мнения. Я пишу об экономической политике, чтобы заработать себе на жизнь, и вы должны дать мне пару дней, прежде чем у меня будет реальное, информированное мнение об инвестиционных налоговых льготах. Каковы шансы, что люди, чья работа не требует от них участия в политических дебатах, будут обладать такими базовыми знаниями? Каковы шансы того, что респонденты 2002 года вообще знали, сколько США тратят на борьбу с ВИЧ / СПИДом, не говоря уже о том, слишком ли они велики или слишком малы?

В исследованиях общественного мнения это известно как проблема «отсутствия отношения», и, хотя Гиленс и Пейдж делают все возможное, чтобы решить эту проблему, полностью устранить ее трудно.

И если вы посмотрите на те времена в истории, когда правительство наиболее чутко реагировало на общественное мнение, не кажется, что отзывчивость очень хорошо коррелирует с надлежащим управлением. Например, исследование «Изобилие и влияние » считает, что апогеем репрезентативности была середина 1960-х годов, когда были приняты «Медикэр», война с бедностью и Закон об избирательных правах; а пиком был первый срок Джорджа Буша. Означает ли это, что администрация LBJ потерпела демократический провал, а администрация Буша - демократический успех? Или это просто предполагает, что администрация Буша была эффективна в том, чтобы убедить очень убедительных избирателей поддержать значительное снижение налогов и войну в Ираке, а не отражать их пожелания?

Именно по этим причинам большинство политических теоретиков не используют чистое представление в качестве проверки того, хорошо ли функционирует демократия.Политический теоретик Эндрю Сабл пишет, что в то время как эмпирические политологи, такие как Гиленс, «предполагают, что нормативным стандартом для хорошо функционирующей демократии является то, соответствуют ли результаты политики общественным предпочтениям», политические теоретики утверждают, что стандартом должно быть «что-то» - как может показаться, почти что-нибудь еще."

Есть «совещательные демократы», которые думают, что демократии должны стремиться проводить политику, которую народ поддержал бы после спокойного, внимательного обсуждения; есть малочисленные республиканцы, которые измеряют успех демократий гражданской добродетелью их жителей; но вы не найдете практически никакой поддержки идеи о том, что демократии должны принимать мнения людей точно так же, как в настоящее время утверждается .

Конечно, вполне возможно думать, что политические теоретики ошибаются и что отзывчивость действительно является самым важным. Это вопрос ценностей, а не эмпирической истины или ложности. Но строгая отзывчивость - это не , очевидно, важнейшая черта демократии.


Насколько неравенство богатства опасно для Америки

Перейти к основному содержанию Поиск